Морской десант
Люди на кораблях пристально всматривались вдаль. На них были бушлаты и теплые, на вате, армейские брюки, заправленные в сапоги. Необычная для краснофлотца форма. Не совсем обычный и поход. Краснофлотцы, свято чтя традиции отцов, шли добровольцами в глубокий тыл врага, чтобы вместе с Красной Армией обрушить удар на головы зарвавшихся фашистов.

Давно миновали они свои берега. Вот и нужная бухта. Ее обступают угрюмые скалы. Неожиданно над одной из скал взвилась ракета. Дозорный заметил наши корабли. По бухте началась стрельба.

Ловко, по-кошачьи взбирались краснофлотцы на прибрежные скалы. Через несколько минут первый отряд моряков под командованием старшего лейтенанта Семененко уже прокладывал себе дорогу в горах. К бухте спешили новые десантные отряды старших лейтенантов Ермоленко, Минькова, майора Савченко.

Появление советских моряков в тылу, на левом фланге наступающей вражеской колонны, спутало все карты немецко-финского командования, Замешательством врага нужно было воспользоваться молниеносно. Командир отряда Семененко получил приказ командира полка майора Шикито выслать вперед разведку.

Весь отряд горел желанием выполнить почетное боевое задание. Пришлось отобрать две группы добровольцев. С первой пошел младший политрук Кузиванов, со второй — старший сержант Спирин.

Вскоре Спирин прислал донесение. Разведчики в трех местах уничтожили телеграфный провод, захватили двух немецких офицеров и мотоцикл. Враг застигнут врасплох и лихорадочно подтягивает части.

Но краснофлотский десант успел уже занять все господствующие высоты и пристрелять лощинки. Бойцы расположились на вершинах и скатах сопок. Голые, покрытые только лишайником и оленьим мхом скалы стали обитаемы. Отряды готовились к бою. За скатом одной из сопок было установлено орудие.

В 11 часов утра заговорили вражеские минометы. Самолеты носились над самыми верхушками сопок, поливая краснофлотцев свинцом и забрасывая бомбами. Но ни один боец не дрогнул.

На сопку, которую занимал отряд Ермоленко, двинулся почти целый батальон немцев и финнов. Враг уже в 150 метрах. Фашисты ползут, укрываясь за камнями и кочками. Ермоленко приказал ждать. Враг в 70 метрах. Огонь! С вершины сопки и ее скатов на врага полился смертоносный свинцовый ливень. Заговорили автоматы, заглушая их, свирепо застрочили станковые пулеметы. Было видно, как падали один за другим фашисты. Враг начал откатываться, оставив около 100 трупов, 4 автомата, 5 ручных пулеметов и боеприпасы.

В этот день особенно отличились краснофлотцы отделения Бодренкова. Командир Ермоленко приказал отделению зайти с правого фланга в тыл врагу и уничтожить его минометы. Вскоре один из минометов замолчал. На группку бойцов бросилось много немецко-финских солдат. Отделение было окружено, но Бодренков не растерялся. Он укрылся с бойцами за скалами и смело отражал удары противника. Бой длился десять часов. Патронов уже не оставалось. Тогда Бодренков поднялся во весь рост и крикнул:

— За мной! Пробивай дорогу штыками и гранатой!

И смельчаки прорвали вражеское кольцо.

Сопка, которую занимал отряд Семененко, простреливалась с соседней сопки. Перед боем командир взвода Колодницкий приказал командиру отделения старшему сержанту Василию Кислякову занять эту высоту. И вскоре с головной сопки можно было видеть, как бойцы Кислякова под минометным огнем деловито устраивались на самом гребне скалы.

Но вот на высоту, занятую отделением Кислякова, напало несколько десятков фашистов. Цепляясь за выступы скал, к гребню высоты приближался враг. Кисляков спокойно сказал:

— Бить метко, зря патронов не расходовать!

Бой продолжался несколько часов. Из строя выбыл пулеметный расчет. Кисляков сам лег за пулемет. Дальше держаться было трудно. Героический командир приказал уцелевшим бойцам оставить гребень скалы.

— Отходите, а я тут сам поработаю!

И Кисляков остался один, чтобы прикрыть отход своих бойцов. Враг наседал, но меткий огонь Кислякова сдерживал натиск превосходящих сил противника. Вот уже все боеприпасы израсходованы до последнего патрона. Кисляков поднялся во весь рост с занесенной над головой гранатой и бросился на поредевшую группу врага.

— Ура! Взвод, в атаку, в штыки!

И швырнул гранату.

Фашисты дрогнули, скатились вниз, побежали.

Кислякова считали уже погибшим. Когда он пришел в отряд, к нему бросился командир взвода Колодницкий и расцеловал его.

Несколько дней враг залечивал раны. Он понес большие потери и стягивал к сопкам, занятым десантом, свежие силы. Его нужно было предупредить. Ночью командиры отрядов получили приказ начать наступление. Без предварительной артиллерийской подготовки краснофлотцы, цепляясь за скалы, за корни карликовых березок, двигались в туманной мгле вперед. Прошли два километра. Только тогда враг спохватился и открыл огонь.

Бой велся как бы на трех этажах: на вершинах сопок, па скатах и в лощинах, поросших диким мхом, морошкой и черникой. Эхо далеко разносило в горах шум битвы. Краснофлотцы, как львы, бросались на врагов.

В наступательном порыве краснофлотцы прорывались далеко в глубь расположения фашистских частей, громя их огнем, штыком и гранатой.

Краснофлотца Сивкова окружило около десятка пьяных немецких солдат. Заплетающимся языком они кричали:

— Русс, русс, сдавайся!

У Сивкова уже не было патронов. Он выхватил последнюю гранату и бросил ее в гущу врагов. Три фашистских солдата и один офицер были уничтожены. Геройской смертью погиб и сам Сивков.

Младший политрук Ульянов заметил, что продвижению отряда мешает сильный пулеметный огонь с соседней скалы.

— Большевики и не такие скалы брали! — крикнул Ульянов и бросился на штурм. За ним последовали бойцы отделения командира Василенко. Они цеплялись за малейшие выступы, выискивали расщелины в граните и добрались до вершины. Фашисты не ожидали нападения с этой стороны. Ульянов скомандовал:

— В штыки! И скала была очищена от врагов.

Смелость, великое чувство товарищества выручали людей из беды. Под огнем пулеметов командир отделения сержант Горбань взобрался на сопку и с криком «Ура! За Родину!» бросился в атаку. Немцы выскакивали из укрытий, как ошпаренные.

В этой стычке Горбань был ранен, но не вышел из боя. Заметив, что к раненому командиру Рыбникову с двух сторон подползают пьяные немецкие солдаты, Горбань пришел на помощь командиру и двумя выстрелами из нагана уложил фашистов.

С величайшей любовью отзываются краснофлотцы о молодом военвраче Лобышеве, который оказывал помощь раненым тут же, на поле боя.

Был и такой случай. Старшина 2-й статьи коммунист Егоров увидел трех раненых краснофлотцев. Кругом рвались мины. Лощинку обстреливал самолет. А вблизи не было ни шлюпки, ни бота, чтобы переплыть через залив. Недолго думая, Егоров столкнул в воду две доски, посадил на них раненых и вместе с ними перебрался на другой берег. Доставив товарищей в безопасное место, он, не переодеваясь, совершил обратный путь и снова бросился в бой.

* * *

По небу плывут свинцовые тучи. Они окутывают вершины сопок, где расположились отряды добровольцев. Поблизости рвутся вражеские мины, но это никого не беспокоит.

Ни дикие скалы, ни хмурое небо, ни вражеские мины не могут погасить радости, которая светится в глазах краснофлотцев. Враг схвачен в железные тиски с суши и моря. В этом немалая заслуга десанта.

У краснофлотцев был большой день. Пришла весть о присвоении одному из них — старшему сержанту Василию Кислякову — звания Героя Советского Союза. Многие награждены боевыми орденами.

Отряды гордятся этой признательностью Родины и готовят новый удар по врагу.

Утром по горным тропам в отряды пришел старший политрук Булычев. Он привез издалека подарки краснофлотцам. Чьими-то заботливыми руками уложены платочки, полотенца с кружевами, бритвенные приборы, конфеты, зеркала, карандаши. Много писем от друзей, плавающих на боевых кораблях, и от незнакомых людей.

Одно коротенькое письмо читают вслух:

«Дорогие защитники родины! Посылая свой скромный подарок, я надеюсь, что вы покажете мужество и храбрость при защите нашей дорогой родины от вампира Гитлера. Все наши чувства с вами. Мой подарок прошу передать самому выдающемуся герою-краснофлотцу. С товарищеским приветом Галина Смирнова».

Письмо и подарок были тут же вручены Василию Павловичу Кислякову — одному из героев-моряков, которые рука об руку с Красной Армией отважно бьют ненавистного, подлого врага.

^