В Белграде

Среди немцев в Белграде царила в последние дни неописуемая паника. Члены многочисленных гитлеровских «комиссий», представители немецких фирм, которые были учреждены специально для ограбления Югославии, колонисты штурмом брали вагоны поездов, шедших на Вену.

Немецкий гарнизон Белграда получил от командования строжайший приказ ни в коем случае города не сдавать. Уже на подступах к столице Югославии наступающие столкнулись с ожесточенным противодействием противника. Главные пункты сопротивления немцев были сосредоточены в районе старой белградской крепости и моста. Действия частей Красной Армии и пехотинцев маршала Тито были в этом районе поддержаны мощным огнем советской артиллерии и минометов, а также танковыми ударами.

На совещании представители командования Красной Армии и Народно-освободительной армии Югославии разработали план совместной операции. Было решено, что позиции немцев будут охвачены с флангов, а затем советские танки нанесут по ним удар в центре.

План был выполнен блестяще. Атаки нашей мотопехоты на правом фланге и югославских воинов на левом отвлекли внимание немцев от дороги, вдоль которой сосредоточились танки полковника Сергеенко. Саперы в это время бросились к противотанковому рву, и скоро проход для наших машин был готов. Смяв батареи и проутюжив окопы противника, танки устремились к городу. За ними широким потоком двинулись советская мотопехота и солдаты маршала Тито.

Белград расположен в том месте, где река Сава почти под прямым углом впадает в Дунай. С юга на путях к городу нет естественных преград. Поэтому немцы, постоянно опасавшиеся партизан, постарались особенно сильно укрепить южные окраины Белграда. Целые кварталы здесь они опутали колючей проволокой, окна домов использовали в качестве амбразур, сады и огороды изрыли окопами, построили много дотов и блиндажей.

...На рассвете из города возвратились разведчики. Тесным кругом стояли они у входа в штаб, где склонились над планом города молодой советский офицер — командир танкового полка и бывший сельский кузнец из Западной Сербии — командир одной из частей Народно-освободительной армии Югославии.

— Немцы навязывают нам уличные бои. Что ж, улицы Белграда станут их могилой! — патетически воскликнул серб.

Многое из того, о чем доложили югославские разведчики, было уже известно. Стоило только подняться на соседний холм, чтобы увидеть, какое огромное количество орудий и минометов стянули к Белграду немцы. Огонь вражеской артиллерии покрывал все ведущие в город дороги. Ценным явилось сообщение разведки о том, что немцы сосредоточили в городских садах около 50 танков. Кроме того, выяснилось, что теми потайными путями, по которым прошли в город разведчики, могли пройти целые подразделения.

В штабе были получены первые донесения: «Заняли на холме зеленый дом с двумя балконами на юг. Прошу огонька по северному склону холма и саду». Вдоль обширной дуги городских предместий вспыхнула оживленная автоматная и пулеметная стрельба. Отдельным группам автоматчиков удалось просочиться глубоко в расположение немцев. Линия этого боя на окраинах, если ее нанести на карту, напоминала бы нарисованную детской рукой пилу. Одни из ее зубьев выглядели бы совсем короткими, другие удивительно острыми и длинными. Эта «пила» врезалась в тело вражеской обороны.

Противник бросил в контратаку в стык между нашими частями и югославской пехотой два своих полка из резерва. Впереди, прикрывая их, шли танки. Очевидец этого боя, югославский автоматчик Милан Юрич с восхищением рассказывал потом о мужестве и воинском искусстве русских артиллеристов и танкистов.

Немецкие танки двигались прямым курсом на батарею лейтенанта Лазарева. Расстояние быстро сокращалось. Юрич хотел предупредить лейтенанта об опасности. Но советский офицер знал об опасности и сохранял спокойствие. Пушки заговорили, когда головной немецкий танк приблизился настолько, что можно было бить почти в упор. Вспыхнул головной танк, черным дымом окутался второй, третий со сбитой гусеницей завертелся на месте.

Немецкие машины повернули назад, продолжая стрелять во все стороны. Наперерез им из засады вырвались советские танки. Они громили вражескую технику, втаптывали в землю вражескую пехоту и, опередив противника, захватили проходы в минных полях. Зажатые между нашими танками и артиллерией, немецкие танкисты подрывались на собственных минах.

Советские танки и пехота вместе с югославскими стрелками ворвались на улицы Белграда. Начались бои за каждый перекресток, за каждый дом. Пятясь к Дунаю, немцы минировали все по дороге отступления. Но солдаты маршала Тито оказались превосходными саперами. Они быстро и умело обезвреживали немецкие мины. Так, например, бывший горняк Велемир один разминировал за ночь несколько зданий.

В разгар боя к командиру советских автоматчиков подбежала пожилая женщина — прачка. Она пробралась сквозь завесу огня, чтобы сообщить о существовании известного только ей пути на соседнюю улицу. Женщина пользовалась этим проходом, когда ей нужно было спешно доставить белье заказчикам. Теперь она рассказала о нем офицеру Красной Армии, стремясь помочь воинам-освободителям скорее выгнать оккупантов из города.

Недалеко от площади, где происходили публичные казни югославских патриотов, еще дымятся развалины дома. В этом доме советский автоматчик и два солдата из армии маршала Тито самоотверженно сражались с двумя взводами немцев. Храбрецы пробрались сюда, в тыл врага, и почти сутки вели неравный, но ожесточенный бой, преграждая немецким резервам пути подхода. Немцы подожгли дом, но герои продолжали стрелять из объятого пламенем здания. И вокруг него выросла целая гора немецких трупов.

Напряженные уличные бои в Белграде продолжались ряд дней. Немцам не удалось прибегнуть здесь к своему излюбленному приему — стрельбе по наступающим войскам с крыш и чердаков. Врага опередили скрывавшиеся в городе бойцы маршала Тито. С верхних этажей зданий, с кровель домов они поливали немцев свинцовым дождем. Но удавалось противнику также закупорить улицы города. Баррикады разносились в щепы огнем и гусеницами советских танков.

Шаг за шагом очищали советские и югославские бойцы улицы Белграда. После упорных боев были взяты здания почтамта и телефонной станции. Немцам не удалось их разрушить. В доме германского посольства засела группа эсэсовцев. Все они были истреблены. В районе консерватории находилось до 1500 немцев. Большая часть их была уничтожена, остальные выкинули белый флаг.

Наступавшие все плотнее прижимали немцев к Саве и Дунаю. 20 октября Белград был полностью освобожден от немецких захватчиков.

* * *

...На улицах Белграда множество людей. Старые и малые вышли приветствовать воинов, принесших свободу исстрадавшемуся городу. Советских бойцов и командиров и солдат маршала Тито окружают толпы белградцев. Женщины и дети сыплют цветы и фрукты прямо в люки танков, вручают букеты пехотинцам.

Многие бойцы Народно-освободительной армии Югославии встречают среди горожан своих родных. На улицах происходят трогательные сцены. Вот седая женщина узнала сына, которого не видела три с лишним года. Все это время юноша дрался с немцами в горах. Мать бросается ему на шею. Рядом стоит автоматчик из соединения генерала Жданова. Югославский солдат берет мать за руку и говорит:

— Мама, поцелуй его так же, как ты целуешь меня! Он — мой брат. Сегодня ночью он спас мне жизнь.

И старушка по-матерински обнимает русского бойца.

— Сегодня у нас самый большой в нашей жизни и самый счастливый день, — говорит советскому офицеру-танкисту пожилой серб. — Кончились наши мучения! Белград освобожден, и это залог скорого освобождения всей нашей страны.

«Известия», 22 октября 1944 года
^