Разгром частей 39 германского танкового корпуса

Уже в первые дни боев части Красной армии нанесли немецко-фашистской орде чувствительные удары. Лучшие дивизии неприятеля разбиты. Смелые и инициативные маневры наших войск явились полной неожиданностью для гитлеровских генералов и нарушили намеченные ими планы.

В чем заключаются оперативно-тактические приемы германских полчищ? Ответу на этот вопрос следует предпослать несколько замечаний о характере современных военных действий. Широкое внедрение мотора дало армиям необходимую подвижность и возможность проводить наступательные oперации высокими темпами. Не следует, однако, забывать, что и обороняющаяся сторона, имеющая подвижные оперативные резервы, обладает возможностью успешно ликвидировать прорывы наступающего. Война 1939–1941 гг. на Западе дала немного примеров удачных действий оперативных резервов обороняющегося. Но это об'ясняется тем, что германские войска имели дело с армиями слабых государств, танковые части и авиация которых не представляли серьезной силы.

Подавляющее превосходство в технике, а также и в численности вооруженных сил вообще, позволило немецко-фашистской армии достигнуть на Западе дешевых, но внешне эффектных побед. Вновь, как и в 1914 году, германская печать, захлебываясь от восторга, начала распространять миф о «непобедимости» немецко-фашистских войск. Однако первые же бои с Красной армией опровергли эту легенду.

На Западе фашистские полчища имели дело с плохо организованными армиями, которые во многих случаях были брошены командованием на произвол судьбы. Естественно, что разрозненные действия никем не управляемых соединений не могли быть успешными. Войска не знали, что происходит справа и слева от них. Боязнь за необеспеченные фланги созывала панику и преждевременные, не вызываемые обстановкой, отходы.

В своих наступательных операциях немцы использовали приемы, рассчитанные на неустойчивость деморализованных войск противника. Осуществляя прорыв фронта, танковые соединения продвигались вперед, не считаясь с оставшимися на флангах войсками неприятеля. Борьба с ними ложилась на следующие сзади эшелоны моторизованной пехоты. Такое авантюристическое ведение операций, приносившее успех против недостаточно стойких войск, хвастливые немецкие генералы пытались применить и против Красной армии. Однако в первые же дни войны немецко-фашистские войска, бросившиеся, очертя голову, вперед, были жестоко биты.

Примером умелых, тщательно продуманных действий наших войск является разгром частей 39-го германского танкового корпуса. Это было мощное мотомеханизированное соединение, состоявшее из двух танковых и двух моторизованных дивизий. Корпус имел несколько танковых полков, 8 полков моторизованной пехоты, 5 артиллерийских полков, 4 мотоциклетных батальона, а также несколько противотанковых дивизионов.

39-й танковый корпус, видимо, имел следующую задачу: действуя на внешнем фланге группы, ударом в направлении Алитуc, Вильно, Минск прорвать фронт наших войск, выйти в их тыл и совместно с парашютными десантами нарушить коммуникации и отрезать пути отхода наших частей из района Минска и западнее его.

Южнее наступала другая бронетанковая группа, которая имела задачу нанести удар в направлении Брест, Кобрин, Слуцк, Бобруйск. Таким образом, обе группы действовали по сходящимся в районе Минска направлениям, пытаясь этим достигнуть полного окружения нашей группировки западнее Минска.

Действуя раньше против плохо вооруженного и малоинициативного противника, фашисты привыкли к высоким темпам наступления. Однако бои с передовыми частями Красной армии опрокинули эти нормы. считавшиеся немцами «незыблемыми». Темпы движения все больше замедлялись. Высшее командование, как явствует из захваченных документов, стало проявлять нервозность. Командира 39-го корпуса преследуют настойчивыми требованиями во что бы то ни стало и любой ценой ускорить движение.

Нервозность высшего командования передается и штабу корпуса. Встречая сопротивление наших частей, танковые дивизии корпуса меняют направление, бросаются то в одну, то в другую сторону, пытаясь продвинуться на восток. Органы управления отстают, связь с войсками нарушается. Все это уже нисколько не напоминает уверенное движение германских бронетанковых частей к французскому побережью. Только теперь гитлеровские генералы по-настоящему узнали, что такое современная война.

Подгоняемый высшим командованием, штаб корпуса требует невозможного от своих войск. Отдаваемые приказы гонят их вперед и вперед. Но обстановка осложняется. Штаб не знает, что делается справа и слева. Части перепутались. Штабные командиры торопливо, наспех пишут многочисленные распоряжения, перевирая населенные пункты, даты и задачи своих частей. Чтобы умилостивить высшее командование, командир 39-го танкового корпуса не останавливается перед составлением фальшивок. В 10 часов 15 минут он доносит командованию о взятии Вильно, а в 11 часов 30 минут запрашивает подчиненного ему командира танковой дивизии, занят ли этот город.

Позже корпус, повернул в направлении Борисова, чтобы обойти Минск с севера. Фашистские генералы уже заранее торжествовали победу. Все пока, по их мнению, шло в общем удовлетворительно, хотя и не так, как во время военных действий на Западе. Им казалось, что рецепт дешевых побед на полях Польши и Франции может оказаться годным и в Советской Белоруссии. Однако сталинские соколы весьма ощутимо развеяли эти горделивые мечты. Советская авиация нанесла частям 39-го танкового корпуса сокрушительный удар. Много танков было уничтожено и выведено из строя. Немало потерь имели и моторизованные дивизии. Не помогла обнаглевшему врагу и его авиация, пытавшаяся защищать свои наземные войска. Потери и возникшая паника заставили корпус приостановить движение.

Но это был только первый удар. В 2 часа ночи 27 июня к северо-западу от Минска наши танковые части нанесли опешившему врагу новый стремительный и внезапный удар. Немцы растерялись. Впервые после легких побед в прошлом они столкнулись с мощной техникой, управляемой людьми, воодушевленными беззаветной преданностью и горячей любовью к своей родине, к своему народу.

Частям 39-го германского танкового корпуса было нанесено тяжелое поражение. В бою уничтожено до 300 фашистских танков и большое количество живой силы. Наши доблестные войска полностью разгромили штаб корпуса. Командир корпуса «непобедимый» участник походов в Польшу и Францию генерал Шмидт был убит. Захвачены оперативные документы. В последующие дни корпус уже не мог участвовать в бою как самостоятельное соединение. Остатки его действовали совместно с моторизованной пехотой.

Двигавшиеся за корпусом по дороге Сморгонь, Молодечно, Радошковичи германские моторизованные части, предназначавшиеся для развития его успеха, были вынуждены остановиться. Операция по окружению наших войск полностью сорвалась.

То, что было для генералов Гитлера простым и легким в малых странах, оказалось непосильным на земле нашей великой родины. Суровая борьба с лютым врагом, продолжается. Судьба 39-го германского корпуса постигнет и всю фашистскую орду.

^