Летный день

Склонившись над картой, старший лейтенант Морозов и лейтенант Диц изучают маршрут полета.

Предстоит пересечь линию фронта, углубиться на вражескую территорию и разведать аэродром возле румынского города X.

Путь будет проходить над холмами, долинами, рощами, реками. Путь будет труден. Летчики сейчас мысленно пролетали его, представляя возможные препятствия, и мысленно обходили их, обдумывая, что будут предпринимать в полете.

Когда план был готов, они доложили его командиру подразделения и получили разрешение на полет. Вскоре два истребителя поднялись в воздух и скрылись из глаз.

Пересекли линию фронта.

Пошли над румынской территорией. Оба летчика зорко оглядывались в воздухе, внимательно следили и за землей, сличая местность с картой и еще раз сверяя свой план полета с той реальной обстановкой, которая теперь открывалась под ними.

Цель была уже близка.

Вот наземные приметы, отмеченные на карте.

Отсюда должен быть сделан резкий поворот для захода на цель.

И вот они уже над аэродромом.

Внизу, видимо, не ждали гостей: самолеты мирно стояли на земле.

Всей огневой мощью обрушиваются старший лейтенант Морозов и лейтенант Диц на неподвижные машины противника. Быстро занималось пламя в одном месте, потом в другом. Его не могут потушить, оно разрастается. А на краю аэродрома поднимается туча густого черного дыма.

Истребители ложатся на обратный курс.

Задание выполнено: аэропорт разведан. Днем старший лейтенант Морозов привел к знакомому аэропорту все звено. Умелый заход на цель. Стремительная атака.

Лейтенант Нагорный обстреливает дежурное звено противника, застигнутое на земле. Сверху видно, как кто-то там пытается выскочить из кабин, падает, видно, как загорается один из вражеских самолетов.

Враг раз'ярен неудачей – все его зенитные батареи открывают бешеный огонь. Небо клубится от вспышек снарядов. Следы трассирующих пуль, как дождь, идущий снизу вверх, простегивают воздух.

По летному полю уже бегут два «Мессершмитта». Но поздно, поздно. Звено Морозова, выполнив задание, быстро уходит.

Город, где дважды в течение дня побывал Морозов, ему понравился.

– Много зелени. Удачные ориентиры. Легко рассчитать заход на цель, – рассказывает он товарищам, перебирая впечатления двух полетов.

На закате солнца Морозову с Нагорным и Дицом пришлось побывать в этом городе третий раз. Цель – тот же аэродром. Но сейчас путь уже не был так спокоен, как в предыдущие разы. Враг сторожил в воздухе. Едва пересекли линию фронта, как показался истребитель противника «ПЗЛ-23».

Первым его атаковал Нагорный, вторым – Диц. Не принимая боя, гитлеровец пытается уйти, хитрит, изворачивается. «Ну, брат, сначала поучись воевать, а потом лезь!» – со злостью говорит Морозов и заходит в хвост противнику. Короткая очередь. Секунда – другая. И, кувыркаясь, «ПЗЛ-23» врезается в землю.

Звено продолжает итти по маршруту. И хотя враг ожидал налета и принял меры, истребители Морозова все-таки еще раз обстреляли аэропорт. На месте утреннего пожара не оказалось ни загоревшейся постройки, ни стоявшего рядом большого, видимо, транспортного самолета. Огонь оставил после себя пятно обуглившейся земли.

Сейчас дважды обманутый и дважды битый враг открыл зенитный огонь еще бешеннее, чем днем.

Белые, черные, желтые хлопки разрывов то и дело возникали рядом с самолетами.

Одну машину сильно подбросило и накренило, но летчик мгновенно выправил ее.

Маневрируя, истребители Морозова без потерь прорвались сквозь огненную завесу.

Но полет звена затянулся, и на аэродроме нетерпеливо поглядывали на часы. Уже темнело в воздухе, и небо, еще оранжевое на западе, с восточной стороны уже затянулось вечерней мглой

Прошло пять минут сверх срока – послышался гул моторов.

– Три истребителя! Высота – 500! – доложил наблюдатель.

У нижней кромки розоватого облачка чернели три точки.

Но что это? Они держат путь на соседний аэродром.

Значит, это не Морозов. Что с ним?

Томительно это ожидание вылетевших товарищей для тех, кто остался на земле, кто снаряжал их в полет.

Воентехники 1-го ранга Мельников и Иван Юрченко вместе с воентехником 2-го ранга Александром Юрченко нервно подсчитывают, сколько горючего могло остаться в машинах морозовского звена. Невольно перебирают они в памяти все обстоятельства подготовки к полету.

Наконец, прошли все возможные сроки. По всем и всяческим подсчетам горючее у Морозова должно было уже кончиться. И тут над холмами, подернутыми синей дымкой сумерек, почти прижимаясь к земле, одна за другой скользнули три тени. Еще минута – и старший лейтенант Морозов докладывает командиру подразделения итоги боевого вылета. Доложив, говорит технику:

– Заклейте пробоины в центроплане! И отправляется отдохнуть.

// Красная звезда № от 9 июля 1941 г.
^