Батальон в подвижной обороне
Наш батальон получил задачу – вести подвижную оборону на подступах к городу Н. Для этого наметили ряд рубежей, обороняя которые нужно было наносить врагу удар за ударом, изматывать его силы. Задолго до соприкосновения с неприятелем мы основательно изучили местность, продумали систему огня.

Чтобы достигнуть скрытности действий, командир батальона приказал занять намеченные позиции вечером, в сумерках. В 22 часа вторая рота под командой старшего лейтенанта Нестерова расположилась к северу от восточного ската безымянной высоты (см. схему). Левее ее находилась третья рота, возглавляемая старшим лейтенантом Шелепаевым. Левый фланг третьей роты упирался в реку, за которой наших частей не было. Первую роту командир батальона оставил в резерве, расположив ее в лощине, к югу от безымянной высоты. Сосед справа, батальон капитана Алексеева, должен был препятствовать движению механизированных сил врага вдоль шоссе по направлению к городу Н.

Около шести утра появились немецкие самолеты. Они начали бомбить шоссе, населенные пункты. В частности, подверглась бомбежке и деревня У. Она вскоре загорелась. Это было наглядным уроком для тех товарищей, которые полагали, что постройки деревни надо включить в систему нашей обороны. Опыт боев не раз показал, что не всегда следует цепляться за населенный пункт. Лучше располагать свои позиции или перед ним или позади его, взяв под перекрестный огонь самые постройки и участок местности на подступах к ним.

Через час после первого налета авиации вдали были замечены пешие группы фашистов. Они двигались вдоль реки, маскируясь осокой. Немного позднее появилась одна немецкая колонна. Она двигалась по проселочной дороге, ведущей к деревне с севера. Мы не открывали огня, не желая преждевременно обнаружить себя. Командир батальона приказал подпустить врага поближе.

Фашисты, очевидно, догадывались, где находятся наши позиции, но не видели их. Не дойдя нескольких сот метров до деревни У., они залегли и открыли минометный огонь по высотам: безымянной и 90,4. Наши роты, хорошо укрытые в окопах, потерь не имели.

«Прочесав» местность, минометчики прекратили стрельбу. Тут же поднялась немецкая пехота. Она броском пошла в наступление. Пулеметчики и стрелки второй и третьей рот встретили немцев метким огнем с дистанции в 400 метров. Этот огонь был настолько внезапен, что враг даже не успел ввести в бой свое автоматическое оружие. Полуразвернувшиеся группы фашистов залегли как попало, не рассредоточиваясь.

Пользуясь замешательством врага, командир батальона перешел в контратаку. В итоге контратаки враг был отброшен за деревню.

Примерно в 12 часов немцы снова начали наступление под прикрытием минометного и артиллерийского огня. Они ввели в бой мотоциклистов и мотопехоту. За рекой тоже появилась колонна мотопехоты. Неприятель явно превосходил нас численностью. К тому же он обнаружил первый рубеж нашей обороны и осыпал его минами. Оставаться здесь было уже нецелесообразно. По приказанию командира батальона вторая и третья роты начали отходить.

Отход на очередной рубеж (высота 114,1) прикрывала первая рота. Один ее взвод, лейтенанта Главинского, был оставлен в засаде у реки, к юго-западу от деревни. Остальные взводы этой роты отошли назад и расположились на северном скате высоты 90,4. Там заранее были отрыты хорошие окопы, имелось несколько блиндажей и противотанковый ров. Правильно расположив пулеметы, командир получил возможность хорошо простреливать лежащую перед собой местность вплоть до деревни У.

Бойцы второй и третьей рот стали перебегать по одному за высоту 90,4. Немцы усилили нажим и попытались атаковать перебегающих, но потерпели неудачу. Взвод Главинского внезапным огневым ударом во фланг сорвал вражескую атаку. Фашисты понесли потери и отошли за деревню. Выполнив задачу, Главинскнй присоединился к своей роте.

Пока роты Нестерова и Шелепаева изготовлялись для боя на новом рубеже, прикрывающая их первая рота выдержала ряд ударов со стороны немцев. Враг бросил на нее мотоциклистов. В то же время до батальона немецкой пехоты двинулось в обход по противоположному берегу реки. Командир роты разгадал замысел фашистов. Он понял, что задача мотоциклистов – лишь отвлечь внимание, а основной удар будет наноситься из-за реки. Командир сосредоточил пулеметы на левом фланге и их огнем рассеял немцев.

Несколько попыток неприятеля сбить первую роту с северного ската высоты 90,4 потерпели неудачу. Она прочно удерживала занятый рубеж.

Вскоре враг опять перешел в наступление. На сей раз его пехоту поддерживали шесть танков. Они двигались по проселочной дороге с северо-востока на деревню У. Немедленно были выделены 20 бойцов-истребителей с зажигательными бутылками. Под прикрытием огня первой роты они быстро выдвинулись вперед и забросали танки бутылками. Часть вражеских машин загорелась. Немецкая пехота попала под обстрел тех же истребителей, вооруженных автоматами, пулеметный огонь с высоты 90,4 и была рассеяна.

Так мы сдерживали фашистов на протяжении целого дня. Контратаки во фланг, выдвижение вперед пулеметов кинжального действия, высылка засад на важнейшие направления – все это помогало громить врага. В результате немцы прекратили наступление.

Однако на этом борьба не кончилась. Враг оттеснил соседний батальон, который действовал справа от нас в крайне невыгодных условиях местности. Потом немцы продвинулись по противоположному берегу реки до ее поворота. Для первой роты создалась опасность быть отрезанной, и она отошла на линию остальных двух, к западному скату высоты 114,1. Ее отходу успешно содействовали огнем роты, уже занявшие очередной рубеж.

Находясь на новом рубеже обороны, батальон и тут сумел нанести неприятелю ряд чувствительных ударов. До поздней ночи мы сдерживали немцев, не давая им возможности перевалить за высоту 90,4. С наступлением темноты бой утих. Батальон продолжал занимать свой рубеж.

Севepo-западное направление
^