Мощные удары по вражескому аэродрому
На земле уничтожено 50 немецких самолетов. – В воздушных боях сбито 9 машин
Дорога на аэродром отмечена глубокими воронками от бомб. Немецкие самолеты, пробираясь сюда, сбрасывали тяжелые фугасные бомбы по обочинам дороги, но до аэродрома так и не долетали. На-днях несколько фашистских самолетов с большой высоты высыпали над аэродромом около 500 зажигательных бомб.

Командир авиачасти т. Захаров говорит:

– «Зажигалки» сыпались, как град. А что толку? Ни один наш самолет не пострадал, все целехоньки!

С середины сентября немецкая авиация на этом участке фронта активизировалась. Вражеские машины стали появляться над нашим передним краем, налетать на деревни и города. Воздушные разведчики установили, что в одном из районов Западного направления фронта немцы оборудовали большой аэродром и стягивают на него крупные авиационные силы.

Несколько раз враг пробовал прорываться к городу В., но, как правило, сделать это ему не удавалось. Наши смелые истребители встречали и рассеивали противника на пути.

16 сентября на рассвете одной группе немецких самолетов удалось сбросить на В. несколько фугасных бомб. Оказались разрушенными два дома. Три фашистских машины, настигнутые нашими ястребками, были подбиты и грохнулись на землю.

Днем 23 сентября после многих неудачных попыток несколько фашистских самолетов снова прорвалось к В. Они были отогнаны нашими истребителями и не сбросили ни одной бомбы.

Советские летчики ответили концентрированным ударом по немецкому аэродрому, по скоплениям танков, автоколоннам и войскам врага.

23 сентября передний край и ближний тыл противника не раз были атакованы нашими бомбардировщиками и истребителями. Прямым попаданием в щепы разносились автомашины, выводились из строя броневики, зажигались танки.

Две группы наших бомбардировщиков встретили на своем пути к вражескому аэродрому плотную завесу зенитного огня. Противник старательно охранял свой аэродром и самолеты. Но бомбардировщики части т. Толстикова, а также группы самолетов части, которой командует т. Захаров, нашли для себя другие цели и хорошо над ними поработали.

50 танков, 90 автомобилей, 2 артиллерийских дивизиона, 2 паровоза, 14 вагонов с боеприпасами – вот далеко не полный перечень потерь, понесенных врагом от огня нашей авиации на небольшом участке фронта за один день.

Шесть фашистских самолетов было сбито в воздушных боях за этот день. Капитан Городничий уничтожил два самолета.

Замечательную отвагу проявил комиссар одной из эскадрилий части т. Захарова старший политрук Мандур. На большой высоте вел он свою машину на колонну вражеских танков. Фашистские зенитчики открыли ураганный огонь. Осколок снаряда ударил в машину. Пламя охватило мотор. Самолет стал терять управление. Тов. Мандур мог воспользоваться парашютом. Но это значило бы оказаться в плену у ненавистного врага. Под крылом машины старший политрук увидел колонну немецких автомобилей с войсками и боеприпасами. Он решил бросить свою горящую машину на колонну, чтобы, погибая, нанести врагу возможно больший урон.

Ветер мешал управлению машиной, рвал ее. Языки пламени начинали пробиваться в кабину, готовые обжечь лицо и руки пилота. Но вдруг самолет рвануло. На землю полетели радиатор, капот. И в это же время сильным порывом ветра захлестнуло пламя. Мелькнула надежда на спасение самолета. Тов. Мандур, используя все свое летное мастерство, стал планировать. Машина миновала передний край. Стали видны наши окопы, красноармейцы.

«Дома!» – подумал старший политрук и повел машину на посадку.

Через несколько часов в воздух поднялись ночные бомбардировщики. В течение семи часов над немецким аэродромом появлялись советские машины. Они бомбили вражеский авиагородок, самолеты, базу боеприпасов и горючего. Возникшие пожары освещали аэродром, разбегающихся в панике людей, уничтоженные на земле самолеты. Тридцать вражеских машин были сожжены здания и находившиеся в них немецкие летчики сравнены с землей.

Не успели немцы опомниться, как над скоплением их войск и над аэродромом снова появились краснозвездные бомбардировщики и истребители. Группы самолетов шли под командованием капитана Челышева, лейтенанта Бенина, Глушкова, Пескова, Онуфриенко. Много раз машины заходили на немецкий аэродром, штурмовали ангары. Еще 20 вражеских машин были изуродованы и сожжены. Пламя охватило и два ангара с самолетами.

Враг посылал против наших машин целые эскадрильи «Мессершмиттов». Советские бомбардировщики, охраняемые ястребками, твердо шли по намеченному курсу. Ястребки мчались прямо в лоб на врага, и фашисты уходили, не принимая боя. Но ястребки нагоняли противника. Еще 3 немецких самолета погибли в воздушных боях 24 сентября.

Утром 25 сентября небольшая группа наших самолетов снова появилась над тем же аэродромом. Летчики увидели почти сплошное пепелище. Они подожгли последние уцелевшие строения аэродрома и благополучно вернулись на свои базы.

24 и 25 сентября сталинские соколы громили также скопления танков, пехоту и автоколонны немцев, пробиравшихся к фронту. И в этих боях наши летчики проявили исключительное мужество. Снаряд вражеской зенитки пробил самолет младшего лейтенанта Коробкина и разорвался внутри кабины. Раненый осколками в обе руки и щеку, лейтенант нашел в себе силы довести машину до своего аэродрома. Когда Коробкин приземлился, товарищи увидели, что он лежит в кабине без сознания, и вынесли отважного летчика на руках.

Десятки автомашин, танков, броневиков, много цистерн с горючим, сотни солдат фашистской пехоты были уничтожены за эти два дня славными сталинскими соколами.

Действующая армия, 26 сентября
^