Прямой наводкой
Батарея стояла в кустах возле сельского кладбища, и как-раз сюда направили немцы свой удар. С соседнего холма даже невооруженным глазом было видно, как немецкие солдаты переползали через песчаный пригорок и затем короткими перебежками продвигались вперед.

До кустов оставалось метров семьсот, а батарея молчала, словно там все вымерли и уже некому больше стрелять.

Вот немцы подползли еще ближе. Теперь они поднялись во весь рост и в криком, с шумом пошли в атаку.

– Что случилось на батарее?

– Почему молчат пушки? – волновались те, кто видел наступление немцев с холма. И только полковник, уже немолодой, опытный командир, спокойно оказал:

– На батарее Брагинский.

О капитане Брагинском нам приходилось слышать не раз. Это имя часто упоминалось в донесениях о боевых действиях части. О нем восторженно рассказывали бойцы и артиллерийские командиры. А однажды, перелистывая записную книжку убитого немецкого унтер-офицера, мы обнаружили там такую запись: «Вчера наша рота попала под огонь русской артиллерии. Многие убиты. Говорят, опять стреляла эта страшная батарея Брагинского».

Двадцатидвухлетний математик, шахматист Роберт Брагинский во время войны стал командиром батареи. Математические познания пришлись весьма кстати. Впрочем, Брагинский известен, как мастер ближнего боя, а в этих случаях требуется не только математика, но и хорошие нервы. Он приучил своих артиллеристов подпускать врага почти вплотную и, выбрав мгновение, какую-то секунду, не раньше и не позже, внезапным огневым налетом опрокинуть и смять противника. Эти минуты ожидания, пожалуй, напряженнее самого боя.

И в этот раз на батарее был Брагинский. У орудий были испытанные товарищи его – старший лейтенант Павленко, лейтенант Галаган, наводчик Глин, сержант Ларкин, боец Мордумян.

Немцы наступают. Все ближе. Уже видны их искаженные яростью лица. Но батерея молчит, будто ее не существует. Осталось каких-либо двести метров. И вдруг воздух содрогается от страшного удара. Пушки стреляют в упор. Огненный вихрь несется над полем. Он сметает передние ряды немецких солдат. Оставшиеся в живых стремительно отступают. Так волна, разбившись о каменный берег, бессильно откатывается назад. Орудия переносят огонь и бьют по отступающим, настигая их всюду.

Фашисты пытаются спасти положение: они выкатывают свое орудие, чтобы поразить огневые позиции батареи. Но Павленко уже заметил этот маневр противника. Он подает команду:

– Шесть снарядов. Беглый огонь, взрыватель фугасный!

С третьего выстрела орудие немцев накрыто. А батарея Брагинского стреляет, и уже под прикрытием ее огня с фланга в атаку идет наша пехота.

Южный фронт
^