Не давая врагу передышки
Наступление развивается с каждым часом, и хотя загустевшая на солнце грязь еще больше связывает движение дивизий, хотя машины еще воют на первой скорости в каждой лощинке и пехотинцы под дружные и веселые крики вытаскивают их на руках, хотя танки несут на гусеницах густые матрацы липкого чернозема, — наши части с боями рвутся вперед и вперед, отбрасывая врага и все время наступая ему на пятки.

Немецкие дивизии, потрепанные после мощных ударов наших войск, то и дело пытаются остановиться, но наше командование сейчас же наносит им несколько концентрированных ударов большой силы и мощности, и немцы катятся дальше, еще более неорганизованно. Сейчас к их отступлению уже вполне применимо слово «паника». У Поташа, Маньковки, в Умани и в Христиновке они бросали танки, самоходную артиллерию, целые батареи и склады. Сейчас, чтобы облегчить себе отступление, они бросают вещевые мешки, патронные сумки, легкие минометы, даже винтовки, даже противогазы. Все это обильно лежит на дорогах немецкого отступления.

Наше командование, умело маневрируя силами, обрушивает на них все новые и новые удары. Танковые части и мотопехота организуют параллельное преследование отходящих вражеских частей, все время угрожают им закрыть и отрезать пути отхода и тем самым внести в ряды отступающих еще большую панику.

Даже те населённые пункты, которые немецкое командование решает удерживать, чтобы прикрыть фланги отступления, наши части умелым маневром вырывают из их рук. С этой точки зрения очень характерны бои за смежные населенные пункты Златополь и город Новомиргород, занятые вчера нашими частями. Новомиргород — город, где скрещиваются 7 благоустроенных большаков и железнодорожная линия, прикрывал и держал весь левый фланг немцев.

Златополь, который немцы за последние месяцы сильно укрепили, казалось, надежно прикрывал Новомиргород с севера, а речка Большая Высь с широкой болотистой поймой, превратившейся сейчас в сплошное озеро, давала гарнизону все условия для долгой и успешной обороны. Но наши части — танкисты и пехотинцы — обтекли эта два пункта с запада и с востока. Они перерезали 6 из 7 дорог, ведущих к Новомиргороду, и принудили немцев бросить свои укрепленные позиции и бежать по единственной оставшейся у них дороге.

Дух уныния и безнадежности царит и в отступающих немецких войсках. Пленные, которых становится все больше и больше, подавлены и истощены до последней степени. Взятый вчера в плен командир взвода лейтенант Адольф Гнель, сутулый верзила с костлявым лицом, с ног до головы покрытый толстым слоем грязи, рассказал нам:

— Недавно командир нашего батальона отмечал день рождения. Офицеры напились, языки у них развязались, стали говорить на вечную тему: скоро ли кончится эта трижды проклятая война, — и стало ясно, что никто из присутствующих, а нас было человек десять, не верит в счастливый исход. Выражение, что часы пашей армии показывают без пяти двенадцать, что скоро пробьет конец, можно часто слышать среди офицеров.

Да, конец пробьет скоро, по мы не ждем его сложа руки. Непрерывными и сокрушительными ударами мы ускоряем ход стрелок и продолжаем развивать наступление.

Б. ПОЛЕВОЙ. 2-й Украинский фронт, 12 марта. (По телеграфу).

* * *

Наступление в последние дни на юге Украины принимает всё более широкий размах. Новый удар по флангу противника взнесло энское соединение, которое в районе Каховки форсировало Днепр и овладело городом Берислав и 16 населёнными пунктами на правом берегу Нижнего Днепра.

Вторая наша группа войск, продолжая преследование отступающего противника юго-западнее районного центра Новый Буг, вышла к реке Ингул, ворвалась на правый берег и заняла несколько населённых пунктов. Наступление здесь было настолько стремительным, что противник не смог задержаться на предмостных полевых укреплениях и на широко разлившемся Ингуле. Немцы попытались закрепиться в крупном селе Привольное, расположенном на западном берегу Ингула, но наши части, прорвавшись к селу с нескольких сторон, поставили немецкий гарнизон под угрозу окружения. К вечеру село было полностью очищено.

С таким же успехом шло продвижение наших войск по всему фронту. В отдельных местах немцы делают попытки приостановить паше движение. Юго-западнее крупного населённого пункта Баштанка противник бросил в бой усиленный полк пехоты с танками. Отразив контратаки, наши войска успешно продвигались вперёд и также вышли к реке Ингул.

Наступление идёт высокими темпами, несмотря на плохие, раскисшие дороги. По ним движутся взводы стрелков и автоматчиков, от них не отстают артиллеристы и миномётчики. Лёгкие орудия и миномёты, снаряды и мины тянутся на плечах.

В наступлении широко используются оружие и боеприпасы, бросаемые противником. В момент одного из боёв с арьергардным отрядом противника гвардии лейтенант Кабикула ударил по немцам из немецких миномётов. Но мин не хватило. Тогда командир подразделения послал бойцов к немецкому полевому складу, расположенному на высоте. Бойцы под огнём противника в течение часа перетащили 100 мин. Миномёты работали бесперебойно, и противник, понеся потери, был отброшен за высоту.

Наше наступление деморализующе действует на немецких солдат. Пленные солдаты говорят о моральном упадке и унынии в их рядах. Захваченный в плен солдат Вильгельм Шельд говорит:

— Настроение солдат подавленное, боеприпасов не хватает. Нам было приказано держать село Каменку 48 часов. Русские не дали ждать этого срока, нас выбили...

С каждым днём всё увеличивается число добровольно сдающихся в плен немецких солдат и офицеров, есть случаи и групповой сдачи в плен.

В. КУПРИН. 3-й Украинский фронт, 12 марта. (По телеграфу).

Подготовил Олег Рубецкий, источник текста: Пресса войны
^