Сегодня на мысе Херсонес
На остром выступе мыса — маяк, вернее, остатки Херсонесского маяка. На вершине его развевается красный флаг. Он виден издалека, и, проходя вдоль берега, наши катера салютуют флагу выстрелами. Плещется море. На волнах качаются трупы в зеленых шинелях. Это немцы с транспорта, который успел отчалить от мыса Херсонес, но далеко не ушел. Орудия, выкаченные на кромку берега, прямой наводкой разбили вражеское судно, и теперь прибой гонит трупы немцев к берегу, словно море не хочет принять их.

В районе мыса Херсонес бесславно погибли новые тысячи немецких и румынских солдат и офицеров.

Противник намеревался упорно защищаться, чтобы выиграть время, и возводил мощные укрепления. К мысу подходили баржи, а за ними — корабли, готовые артиллерийским огнём прикрыть отход остатков разгромленных немецко-румынских дивизий.

Но Красная Армия разрушила планы немецкого командования. Стремительными ударами наших войск немецкие войска были прижаты к обрывистому берегу Чёрного моря и разгромлены.

Мы видели места, где произошло это побоище. Повсюду — разбитые вражеские танки, орудия, тягачи, много пулемётов, миномётов, автомашин, награбленного немцами, но неувезенного добра.

В бухте Стрелецкой стоит немецкая самоходная баржа. Разведчики капитана Малькова вскочили на её падубу и перебили команду прежде, чем баржа успела отчалить от берега. Она нагружена моторами и деталями, снятыми с наших комбайнов и тракторов. Тут же валяются трупы немецких солдат и офицеров.

Бухты и мыс завалены различным военным имуществом, машинами разных марок, испорченными и исправными.

Проходим по бывшим огневым позициям врага. Вот дзот — глубокая и довольно просторная яма. Поверх железных перекрытий стоят ящики от артиллерийских снарядов, наполненные землей. В этом узле сопротивления — три исправных пулемёта, двенадцать ящиков с боеприпасами, шесть автоматов, консервы, вино. На полу — перины и подушки, отобранные у местных жителей. У стены два резных стула, видимо, взятых из клуба или музея.

Подход к этому дзоту прикрывали автоматчики, которые прятались в специальных окопах поблизости. Земля изрыта артиллерийскими снарядами и минами. Немцы, защищавшие дзот, перебиты в рукопашной схватке. Сюда ворвались ночью разведчики командира Майкова.

Подняв вверх стволы, стоят зенитные пушки. Их много. Они снабжены большим количеством боеприпасов. Вокруг них — трупы немцев, погибших от нашего артиллерийского огня. Один из убитых, как видно из документов, Фридрих Гельц, уроженец города Гамбурга, лежит с раздробленной головой. В мертвой руке его — начатая коробка консервов, из кармана торчит женский шелковый платок, в сумке различные без делушки. Это как бы олицетворение всей немецкой грабительской армии.

Берег моря здесь крут и обрывист. Баржи подходили к скалам. С берега спускались лестницы. Одна такая баржа стоит под самым берегом, и волны бьют ее бортами о камни. На перекладине лестницы застыл труп гитлеровца. Немец не успел спуститься вниз и был застигнут пулей советского автоматчика. Команда баржи решила сдаться в плен, чтобы не быть отправленной на дно моря.

... Герои Севастополя, освободители Крыма, стояли под боевыми знамёнами на берегу моря, которое соперничало своей синевой с крымским небом. Состоялись короткие митинги. Могучее русское «ура» троекратно взорвало тишину, наступившую теперь здесь, где только-что все содрогалось от грома нашей артиллерии. Это войска салютовали вдохновителю побед Красной Армии товарищу Сталину.

Появился духовой оркестр, и звуки советского гимна понеслись над свободной крымской землей, лад морем. Это был праздник победы перед новыми трудами войны.

Крым, 13 мая.
// Известия № 114 (8416) от 14 мая 1944 г.
Подготовка текста: Юлия Гаврилова. Карточка: Олег Рубецкий. Опубликовано: Пресса войны
^