Две армии — два сражения
Закончилась битва в Восточной Пруссии. Под ударами войск маршала Василевского пала ее последняя твердыня — главный город и крепость — Кёнигсберг. Редко в военной истории встречаются две операции, разделенные сравнительно небольшим историческим промежутком, которые так совпадали бы по своим внешним формам и так резко различались бы по результатам и ходу боевых событий, как Восточно-прусская операция Красной Армии в 1945 году и Восточно-прусская операция старой армии в 1914 году. В сравнении этих операций легко установить неизмеримую разницу между старой царской армией и Красной Армией.

Восточная Пруссия всегда имела крупнейшее стратегическое значение для Германии. Это был северный стратегический бастион гигантской германской крепости, который нависал над правым флангом русских войск. Этот бастион являлся мощным исходным плацдармом для удара против русских войск, действовавших на Варшавском направлении, для наступления в глубь России и в Прибалтику. Вполне естественно, что немецкий генеральный штаб придавал исключительное значение обороне Восточной Пруссии. С тех пор, как в германском генеральном штабе при подготовке к первой мировой войне окончательно восторжествовали идеи первоначального удара против Франции, Шлиффен уделил очень много внимания разработке методов обороны Восточной Пруссии.

Немецкий генерал Тренер в книге «Завещание Шлиффена» утверждает, что «Шлиффен путем многолетней работы нашел способ, как успешно вести наступление в Восточной Пруссии даже против превосходных сил противника; его воззрения могли почитаться за общее достояние генерального штаба. Едва ли нашелся хотя бы один офицер генерального штаба, который в мирное время не занимался бы подробно проблемой активной обороны Восточной Пруссии».

Начиная с 1898 года, генеральным штабом были разработаны и исследованы несколько вариантов активной обороны Восточной Пруссии в случае вторжения туда русских войск. Руководящими идеями этой активной обороны было использование возможностей широкого маневра по внутренним операционным линиям с целью последовательного разгрома группировок русских войск, наступающих севернее и западнее группы Мазурских озер. Этот метод обороны облегчался географическими условиями и военно-инженерной подготовкой восточно-прусского плацдарма.

Сильно укрепленная система Мазурских озер представляла собой надежный щит, за которым можно было осуществить любой маневр в условиях относительной безопасности. Наступление русских войск севернее Мазур в значительной степени затруднялось возможными угрозами их флангам со стороны тех же Мазур и Кёнигсбергского крепостного района, с другой стороны, развитие маневра западнее Мазурских озер также было связано с опасностью левому флангу наступающих войск со стороны немецких крепостей, расположенных на нижнем» течении Вислы.

Так была подготовлена к обороне Восточная Пруссия в 1914 году.

Наступление русских войск в Восточную Пруссию началось успешно. 1-я русская армия разбила немецкие войска в Гумбиннен-Гольдапском сражении и затем, медленно продвигаясь, вышла на р. Алле.2-я русская армия вторглась в пределы Восточной Пруссии западнее Мазурских озер, разбила немецкие войска и достигла Алленштайна, Хохенгатайна. Но в дальнейшем ход событий резко изменился. В тот самый момент, когда решающее значение имели темпы наступления и надежное оперативное взаимодействие 1-й и 2-й армий, ни царская ставка, ни главнокомандующий северо-западный фронтом генерал Жилинский не смогли этого добиться. Они оказались бессильными заставить командующего 1-й армией генерала Ренненкампфа. действовать во имя общих интересов фронта. Впрочем, и сами они плохо разбирались в сложившейся обстановке. Это дало возможность немецкому командованию быстро перегруппировать войска и, сосредоточив сильные группировки против флангов 2-й русской армии, нанести ей тяжелое поражение. Эту свою победу немцы назвали «счастьем Танненберга». В то время, когда корпуса 2-й русской армии истекали кровью в тяжелой борьбе, Ренненкампф преступно топтался на месте перед, фактически оголенным фронтом немцев и направлял свое внимание и усилия к Кёнигсбергу. Огромная масса конницы Хана Нахичеванского, подчиненная Ренненкампфу, бездействовала. В результате такого «взаимодействия» 2Я русская армия была разбита, а вслед затем немецкие войска обратились против 1-й армии Ренненкампфа и вынудили ее к отступлению из Восточной Пруссии.

Так закончилась Восточно-прусская операция в 1914 году. В ходе войны она сыграла крупную роль. Наступление русских армий в Восточную Пруссию отвлекло немецкие силы с Запада, облегчило положение союзников на Марне и способствовало их победе. Но это было достигнуто ценою поражения двух русских армий.

Иную картину мы наблюдаем в ходе Восточно-прусской операции Красной Армии. Система обороны Восточной Пруссии в ходе текущей войны была еще более усилена. Мало того, в первоначальный период борьбы за Восточную Пруссию немецкое командование могло использовать для обороны и такую мощную оборонительную линию, как реки Бобр и Нарев. Долговременные железобетонные оборонительные линии немцев в 1945 г. во много раз превосходили те укрепления, которые были в Восточной Пруссии в 1914 году, и тем не менее они не спасла немцев. На них обрушились советские армии, вооруженные могучей техникой. Войска 3-го Белорусского фронта наступали примерно на том же операционном направлении, где наступала 1-я русская армия Ренненкампфа, но характер наступления войск генерала Черняховского был совсем иным. Войска фронта, в стремительном наступлении сокрушая и уничтожая немецкое сопротивление, неуклонно продвигались на запад, по давая немцам выйти из-под ударов, перегруппироваться, предпринять какой-либо маневр. Немцы не только не смогли снять с этого участка своих сил, но должны были, наоборот, подкреплять его.

Войска 2-го Белорусского фронта наступали примерно на том же операционном направлении, где наступали войска 2-й русской армии. Но и здесь характер боевых действий 1945 г. был резко отличен от характера борьбы 1914 года. Войска маршала Рокоссовского, сокрушив оборонительные рубежи, стремительным маневром, уничтожая резервы противника, вышли на Балтийское побережье. Таким образом они отрезали всю Восточно-прусскую немецкую группировку. Это было четкое, быстрое и уверенное выполнение плана Верховного Главнокомандования. В отличие от обстановки 1914 г. маршалу Рокоссовскому не пришлось так опасаться за свои фланги, как это было с генералом Самсоновым. Немцы были сразу схвачены за горло, и инициатива с первых выстрелов безраздельно была взята Красной Армией. Одним ударом была сведена к нулю так долго создававшаяся система обороны Восточной Пруссии путем маневра по внутренним операционным линиям. «Счастье Танненберга» не вывезло, и глубоко символично то, что памятник Гинденбургу, с именем которого был связан успех немцев в Восточной Пруссии в 1914 году, был взорван самими немцами.

Наше советское командование сразу же лишило немецкое командование возможности ведения активной обороны в Восточной Пруссии. Немцам не оставалось ничего иного, как пойти по линии создания оборонительных плацдармов на Балтийском побережье. Так они засели в укрепленном районе Кёнигсберга, а западнее Вислы — в Гданьске. И это не смогло уже спасти немцев. Упорство в обороне этих плацдармов не остановило наступление наших войск на Берлинском стратегическом направлении, и когда под ударами Красной Армии пал последний из этих плацдармов — Кёнигсберг, наши войска уже были на нижнем Одере.

Занятие войсками маршала Василевского Кёнигсберга явилось блестящим финалом этой замечательной Восточно-прусской операции 1945 года.

В чем причины столь различного исхода этих двух операций?

Прежде всего в том, что ныне Красная Армия на поле Восточно-прусской битвы выступила как армия неизмеримо более сильная, более квалифицированная, чем армия 1914 года. Наша боевая техника наступления — тяжелая артиллерия, танки и авиация решительно превзошли вражескую технику обороны. Они оказались сильнее вражеского железобетона и расстреляли его.

А стоит вспомнить, что при наступлении в Восточную Пруссию в 1914 г. против 188 немецких тяжелых орудий в обеих русских армиях было всего лишь 24 тяжелых орудия, против 112 немецких легких гаубиц было 108 русских легких гаубиц, и только в числе легких пушек (1002 орудия) русские войска превосходили немцев (638 орудий). Но в борьбе против мощных укреплений легкие пушки бессильны, а легкие гаубицы слабы. Когда немецкие войска обрушились на правый фланг армии Самсонова, целый корпус русских войск (2-й армейский) не был использован для противодействия этому маневру немцев только потому, что не мог прорвать летценских укреплений из-за отсутствия тяжелой артиллерии. В 1945 году эта еще более усиленная оборонительная линия была сразу же сокрушена могучим ударом наших войск.

Людендорф пишет, что решение дать сражение в Восточной Пруссии так, как оно было принято в 1914 г., «базировалось на учете медлительности русского командования». Так оно и было. Выдающиеся маневры основоположников русского военного искусства — Петра I, Румянцева, Суворова, Кутузова ко времени последних Романовых ушли в далекое прошлое. Они возродились с новой, неизмеримо большей силой лишь в Красной Армии. Стремительность маневра, быстрота ударов, следовавших один за другим в ходе боев в Восточной Пруссии в 1945 г., не оставляли никакой возможности противнику не только упреждать наши действия организованным маневром, но п лишали его возможности даже организованно отходить.

Оперативно-стратегический замысел: немцев в 1914 году был построен в расчете на то,, что между двумя русскими армиями не будет надлежащего взаимодействия. Они не ошиблись тогда. Этого взаимодействия не было. Как указано в докладе правительственной комиссии генерала Пантелеева, расследовавшей причины поражения войск генерала Самсонова, «боевые операции 2-й армии развивались при крупном несогласии во взглядах штабов главнокомандующего армиями фронта и 2-й армии по основному вопросу о направлении наступления 2-й армии в Восточной Пруссии». Главнокомандующий северо-западным фронтом генерал Жилинский проявил непонимание оперативной обстановки и полную неподготовленность к руководству фронтом. Он оказался бессильным заставить Ренненкампфа выполнить те указания, которые хотя бы в ограниченной мере улучшили это взаимодействие. Убогой также оказалась роль царской ставки в этой операции.

Как не похожа на это картина наших операций, построенных на основе глубоко научных стратегических замыслов советского командования, операций, проникнутых исключительной целеустремленностью, четким оперативно-тактическим взаимодействием, когда мысли и воля каждого из командующих направлены к достижению общей, высшей цели, когда воля высшего командования как непреложный и нерушимый закон объединяет все усилия войск до самых низших звеньев.

Поучительна проверка роли Кёнигсберга, как сильного укрепленного района. Ренненкампф отвлек усилия своих войск от взаимодействия с Самсоновым и направил их. против Кёнигсберга, опасаясь этой крепости.

В операциях 1945 года Кёнигсбергский укрепленный» район не составил угрозы для правого фланга войск 3-го Белорусского фронта. Он скоро был обложен и сделался ловушкой для его гарнизона, ни помешав стремительному наступлению наших войск к Нижней Висле и к Нижнему Одеру. Любопытна вообще роль плацдармов, оставлявшихся немцами на побережье Балтийского моря. Немецкое командование преследовало цель этими плацдармами сковать значительные силы наших войск и тем самым замедлять наступление наших правофланговых армий. Видимо, немцы хорошо запомнили, какое влияние на ход их наступления оказывала оборона нашими войсками Одессы и Севастополя, при борьбе на Черноморском побережье.

Но обстановка резко изменилась. В те времена Красная Армия была на пути к развертыванию своих сил. Всякое замедление наступления немецких войск и выигрыш времени усиливали Красную Армию. В этих условиях героическая оборона Одессы и Севастополя давала крупные стратегические выигрыши. Немецкая армия ныне давно уже находится на нисходящей ветви своей траектории, очень близко к точке падения. Повторение наших приемов немцами в этих условиях не только не дает им выигрыша, но часто еще более ухудшает обстановку. Немцы расходуют крупные силы на этих плацдармах, чтобы сдержать наступление Красной Армии, но наши войска своими главными группировками проходят мимо, оставляя лишь часть сил для последующей ликвидации этих плацдармов. 134 тысячи убитыми и пленными стоил немцам Кёнигсбергский плацдарм, не_ помешав нашему наступлению за Нижней Вислой.

Вышеупомянутый генерал Тренер писал: «Танненберг показал, что не приходилось бояться русского командования, если только не изменяло «счастье Танненберга»,

Не будем спорить с Тренером и ломать голову над тем, какой фактор способствовал успеху немцев в Восточной Пруссии в 1914 году. Это время давно ушло. Красная Армия славно отомстила за кровь русских людей, погибших в 1914 г. в Восточной Пруссии по вине бездарного и преступного царского командования. «Счастье Танненберга» когда-то вывезло немцев, но оно больше не повторится. Уроки битвы в Восточной Пруссии в 1945 г. об этом убедительно свидетельствуют. Оно ушло для немцев безвозвратно, ибо ныне в нашей стране нет ни Ренненкампфов, ни Жилинских. Нет больше и того строя, что порождал их.

Ныне на месте царской России стоит могущественная советская социалистическая держава с победоносной Красной Армией, защищающей свою Советскую Родину, армией, вооруженной могучей, самой совершенной боевой техникой, воодушевленной самыми передовыми идеями, действующей на основе самой совершенной, сталинской военной науки.

Подготовил Олег Рубецкий, источник текста: Пресса войны
^