Встреча в Москве
Вчера утром на Ржевский вокзал, в Москву прибыл поезд из далёкой Прибалтики. В столицу вернулись демобилизованные воины-москвичи.

Едва крытые товарные вагоны, украшенные зелёными ветками и лозунгами, поравнялись с перроном, навстречу солдатам хлынули ожидающие. Ещё ночью, получив из эшелона около трёхсот адресов прибывающих в Москву демобилизованных воинов, посыльные военного коменданта оповестили их родных, и задолго до прихода поезда многие сотни людей собрались на Ржевском вокзале.

Букеты цветов, объятия, счастливые улыбки, весёлая музыка и яркое солнце — так встретила Москва своих долгожданных родных — сыновей, братьев, отцов. — Вот она, родная Москва! — кричат из вагонов. — Вот они, наши!.. — отвечают с перрона. Солдаты выходят на площадь. Они ещё в строю, держат равнение, ещё во всем видна крепкая солдатская выправка, и вдруг откуда-то из толпы раздаётся звонкий детский голосок: — Папа! Наш папа! С орденом. И вот тут уже хлынуло все. Забушевало половодье человеческих чувств. К солдатам, узнавая их, протискиваются родственники. — Такую атаку, пожалуй, не отобьёшь, — смеётся кто-то в солдатском строю. — И не надо. Заждались вас... Фотографы торопливо щелкают затворами аппаратов, торопясь запечатлеть все, что происходит в это утро на площади. Но возможно ли запечатлеть то, чем переполнены сердца и тех, кто встречал, и тех, кого встретили?.. Вот они стоят, воины-победители, загорелые, обветренные, и каждый — живая повесть о подвигах. Окружили москвичи сапёра Максима Кувицына. На груди у него три медали и орден. — Наше дело такое, — рассказывает Кувицын. — Мосты строить, переправы наводить, через минные поля проходы проделывать. Ну, иной раз, конечно, под огнем приходилось действовать. Однажды выползли мы на минное поле, а немцы как раз в атаку пошли. Что ж тут делать? Отбивать надо. Отбили. Маленько погодя они опять пошли. И эту отбили. Да ведь девять атак одну за другой отбивать пришлось! Вот тогда мне и выдали медаль «За отвагу». У артиллериста Федора Ивановича Берсенева тоже полна грудь медалей и орденов. — Сталинградец? — спрашивают его, глядя на светло-зелёную ленточку с красной полоской посредине. — Сталинградец, — гордо отвечает солдат. На гимнастерке сержанта Голубева четыре нашивки золотистого цвета. Четыре раза был ранен сержант. — В третий-то раз какой случай был, — говорит Голубев. — В атаку мы шли. Меня осколком в грудь ранило. А рядом наш лейтенант бежал. Его ещё тяжелей подкосило. У меня, понимаешь, в глазах потемнело от боли. Кровь течет, а я думаю: не могу оставить своего командира. Через силу, но все-таки вынес его из огня. Добрался до укрытия, лишь тогда совсем сознания лишился. Ну, отлежался в госпитале и, конечно, в свой полк обратно пришел. Тут меня и наградили орденом «Слава»... Сколько дорог пройдено! Сколько раз смотрели солдаты смерти в лицо. Задыхались от пыли. Коченели в снегу. Через огонь и воду прошли, но разгромили фашизм, добились победы и снова вернулись в свою ненаглядную, родную Москву. И вот они стоят на площади у Ржевского вокзала перед украшенной цветами трибуной. Начинается короткий митинг в честь возвращения. От имени Московского городского комитета ВКП (б) демобилизованных приветствует тов. Соколов. — Москва верила, — говорит он, — что вы вернётесь со славой, вернётесь с победой. Вы, москвичи, были храбрыми, умелыми воинами Красной Армии, которая под водительством Генералиссимуса Советского Союза великого Сталина избавила наш народ от фашистского рабства. Сейчас, дорогие товарищи, вы возвращаетесь домой к своим семьям, к мирному созидательному труду. Мы не сомневаемся, что и на мирном поприще вы будете такими же славными и неутомимыми тружениками, какими славными, отважными воинами были на фронте. Поздравляю вас с великой победой и радостным возвращением в Москву! От трудящихся столицы и от Московского Совета депутатов трудящихся воинов приветствует тов. Парфенов. С ответным словом выступают воины-москвичи — сержант Николай Шабалин, старшина Илья Гудков и гвардии красноармеец Петр Малашенко. — Сегодня мы вернулись с фронтов, — взволнованно говорит старшина Гудков. — Пройдённый нами путь был нелёгок, но битва победно завершена. Мы разгромили фашистов. Возвращаясь в нашу родную семью, возвращаясь к мирной работе, мы обещаем трудиться так же беззаветно и самоотверженно, как самоотверженно сражались мы на фронтах! Прибывших бойцов приветствует генерал-майор тов. Черных. Он знакомит демобилизованных с порядком регистрации их в военных комиссариатах столицы. Раздаются возгласы в честь воинов-победителей, в честь вдохновительницы наших побед — великой партии Ленина—Сталина, в честь гениального полководца Генералиссимуса Советского Союза товарища Сталина. Митинг кончается. Над площадью плывет торжественная мелодия Государственного гимна Советского Союза... Сколько радостных встреч состоялось вчера на вокзале! Елена Ивановна Ионова встретила своего мужа старшину Ионова, который четыре года пробыл на фронте, сражаясь за честь и независимость нашей родины, за счастье родной Москвы. Какая-то женщина, судя по погонам, связистка с тремя боевыми орденами на выцветшей гимнастёрке, вышла из вагона, взяла вещевой мешок и, улыбаясь, прощается с товарищами: — Я тут вот, Маросейка, 9, кв. 5. И только что отошла она от вагона, подбежала к ней другая женщина в штатском, очень похожая, видно, сестра, обнялись они и заплакали от счастья, от большой волнующей радости. Николая Григорьевича Корнеева встретила жена. Уткнулась ему в грудь и плачет. — Коленька, Коленька... А Коленька, уже начавший седеть с висков, как девочку, гладит ее по голове и утешительно говорит: — Ну, вот и все. Вот и приехал. Дети встречают отцов, жены — мужей, сестры — любимых братьев, ни передать, ни высказать счастья желанных встреч. С вокзала солдаты на автобусах, троллейбусах и трамваях отправляются по домам. Мы едем с одной группой на Пресню. В вагоне тесно, но весело. Едет одна боевая семья. На каждой остановке кто-нибудь да выходит, прощается с товарищами. — Петрович, заходи, адрес-то помнишь? — Зайду, — отвечает Петрович, пожилой старшина с подстриженными усиками. Он улыбается, машет рукой и объясняет оставшимся: — Это ровесник мой Федор Горелкин. Мы с ним два года в одной роте служили. Против меня сидит смуглый, загорелый гвардеец. Зачарованным взглядом смотрит он в открытое окошко вагона, на мелькающие мимо оживлённые московские улицы и, видимо, не в силах сдержать нахлынувших чувств, напевает вполголоса простую, знакомую песенку:

«Я в Россию воротился, Сердцу слышится привет»...
Подготовка текста: Ольга Федяева. Карточка: Олег Рубецкий. Опубликовано: Пресса войны
^