Cейчас сайту очень нужна ВАША поддержка! Просим вас помочь сайту деньгами.
ПРЕССА ВОЙНЫ 1941-1945
13.12.2019 — Россия
вернуться к списку
В стране суррогатов
Фашистские калькуляторы уже давно подсчитали, что теоретически для поддержания человеческого организма в гитлеровской Германии совсем не обязательно употребление хлеба, мяса, молока, жиров. С помощью химии можно прокормить страну одними лишь эрзацами – заменителями. Правда, следует сказать, что германский народ давно уже забыл вкус настоящего хлеба, мяса и жиров. В состав так называемого «германского хлеба» выпечки 1941 года пшеничная мука входит как побочный продукт; основной состав этого хлеба – кукуруза, отруби и «питательные» древесные опилки. Колбаса, которую население называет не иначе как «чортова кишка», начинена вместо мяса соей, горохом и синтетическими вкусовыми приправами. Масло – обезжиренный продукт, напоминающий все что угодно, но только не то, за что его выдают фашисты.

Американский журналист Уильям Байлс, долго пробывший в Германии, пишет в журнале «Америкен меркьюри»:

«Фрукты и овощи давно уже исчезли с рынка. Магазины распродали последние банки консервов. Кофе, чай, перец, лук существуют только в воспоминаниях берлинцев».

Первого января 1941 года фашистские власти преподнесли населению Третьей империи новогодний подарок. Было опубликовано постановление, официально разрешающее употребление в пищу мяса собак, волков и лисиц. Неофициально население уже давно вынуждено было есть не только собак, но и кошек.

Особенно тяжело немцам было расстаться с кофе и пивом, излюбленными и действительно традиционными в стране суррогатов германскими напитками. Про-германски настроенный берлинский корреспондент американского журнала «Лайф» Уильям Ширер в статье «В военной Германии» горько сетует на то, что:

«Пиво, прославленное германское пиво, претерпело страшное перерождение. Всемирно известное пильзенское пиво теперь нельзя узнать... Что касается кофе, то немцы пьют эрзац, который по вкусу напоминает помои».

«Берлинцы, – пишет Уильям Байлс, – с горьким юмором дают свои наименования тому, что им приходится есть. Суррогат кофе – горькие помои из жженого овса, сушеных листьев, древесных кореньев и химических приправ – они называют «негритянский пот». Бледно-голубоватое молоко, из которого извлечены не только последние остатки сливок, но и почти весь питательный и окрашивающий состав, прозвано «трупный сок»; овсяная похлебка, которую приходится есть ежедневно, называется просто «грязь». Собачье мясо – «баранина военного времени». И, наконец, кошачье мясо – «заяц с крыши».

Фашистская «ученая» мысль лихорадочно работает над тем, как лишить германский народ даже этих «деликатесов военного меню». Вся Германия посажена на эрзац-паек.

«В начале войны, – сообщает американский журнал «Ливинг эйдж», – в Германии было об'явлено о выпуске нового эрзаца – масла, полученного из продукта жирных кислот в результате очистки естественных жиров. Масло поступило в продажу, но не нашло покупателей. Даже голод не мог заставить немцев покупать эту безвкусную, тошнотворную массу, претендующую на роль масла».

Официальный германский бюллетень «Динст аус Дейчланд», публикующий время от времени реляции о новых победах химии по части эрзацев, пишет:

«Основная цель германской науки – создать суррогат масла без всякою использования дефицитных жиров. Опыты изготовления годных для питания синтетических жиров из парафина, т.е. из продукта угля, дали блестящие результаты».

Некий профессор Мюллер предвидит даже наступление «золотого века», когда германский народ можно будет кормить одними эрзацами в виде таблеток. По Мюллеру, меню будущего арийца обещает быть роскошным. На завтрак – две таблетки «хлеба с маслом», таблетка – «яичница с ветчиной», две таблетки – «кофе». Мюллер гарантирует полную иллюзию настоящего дорого стоящего завтрака.

Но пока-что это только кухня будущего. Настоящее же мрачно и беспросветно. Германскому народу, несмотря на господство эрзацев, уже нечего есть сегодня. Скудный карточный рацион уменьшается с каждой неделей. Впереди зима, третья военная зима без хлеба, без жиров, без топлива. Когда корреспондент шведской газеты «Идреттебладет» в Берлине спросил немца-шофера, как ему живется, последний, оглянувшись по сторонам, ответил: «На этот вопрос у нас в Берлине сейчас отвечают: «Прежде было хорошо, теперь нам еще лучше, но все же было бы лучше, если бы снова стало хорошо».

Больше всего страдают от голода и лишений дети. Уильям Байлс пишет о германских детях:

«Их кожа уже приобрела тот прозрачный оттенок, какой является типичным для жителей районов, охваченных массовым голодом. На их лицах выступают вены. Ногти на руках пурпурного цвета вместо розового. Детский смех больше не оглашает улиц. Многие дети перестали посещать школу. Они медленно бродят по улицам, чтобы избежать всякого дополнительного напряжения после скудного завтрака, омытого эрзац-кофе без сахара. Учителя отмечают улучшение поведения ребят; в школах никто больше не шалит».

Гитлер и его приближенные неоднократно заявляли, что германский народ в состоянии выдержать без особого вреда для здоровья нации два–три года лишений, связанных с войной, которую ведет Германия во имя мирового господства. Но германский народ голодает уже не два и не три года. Когда в 1939 году гитлеровская банда поджигателей и убийц ринулась в войну, население Третьей империи было уже истощено шестью годами военного режима. «Пушки вместо хлеба», – во имя этого лозунга гитлеровского подручного Геринга германские дети, женщины, старики многие годы были обречены на постоянное недоедание, холод и нужду.

Совершив предательское нападение на Советский Союз, германский фашизм подписал свой смертный приговор. Гитлер и его генералы рассчитывали на быструю победу, на захват колоссальных ресурсов великой Советской страны. Этот план был сорван героическим сопротивлением Красной Армии. Впереди для Германии – третий голодный год войны, новые неслыханные лишения.

// Известия № от 14 августа 1941 г.
^