ПРЕССА ВОЙНЫ 1941-1945
СССР
30.11.2021
Россия
к списку
Фашистская Германия и проблема жидкого топлива
Общеизвестно, что жидкое топливо явлается одним из наиболее уязвимых мест в военном потенциале гитлеровской Германии. Собственные ее нефтяные месторождения крайне скудны; их добыча, по самым последним данным, опубликованным в английской и американской печати, едва превысила 650.000 тонн за 1940 год. Если присоединить сюда добычу нефти в захваченных Гитлером Австрии, Чехословакии, Польше, Венгрии Франции, то в его распоряжении окажется дополнительно еще не более 600.000 тонн. Таким образом, фашистская Германия (без румынской нефти) располагает годовыми ресурсами в количестве, едва ли достигающем 1.250.000 тонн. Добыча сырой нефти в Румынии, по тем же данным, за 1940 год составила 5.861.000 тонн. Если добавить к этому албанскую нефть (248.500 тонн), отличающуюся крайне низким качеством (7–8 проц, серы и 25–30 проц. асфальта), а также мизерную добычу в Италии (7.100 тонн), то державы «оси» для борьбы на всех фронтах в состоянии в самом лучшем для них случае мобилизовать не более 7.350.000 метрических тонн сырой нефти. Это составляет около 2,5 процента всей мировой добычи.

Скудным возможностям «оси» противостоят практически неисчерпаемые ресурсы нефти, добываемой в месторождениях США, Англии и СССР. Добыча нефти в этих странах, вместе взятых, достигнув в 1940 году 231,8 млн. тонн, превысила добычу «оси» более чем в 30 раз. Однако этим далеко не исчерпываются ресурсы антигитлеровской коалиции. К этим указанным цифрам нужно еще прибавить добычу нефти в Венесуэле, Голландской Индии, Мексике, Колумбии, Аргентине, в Перу и других странах, вполне доступную для союзников и совершенно недоступную для фашистских стран. Только в этих странах, по тем же данным, добыча в 1940 году составила более 52 миллионов тонн.

Со времени, протекшего после окончания первой мировой войны, роль авиации, бронетанковых частей, автотранспорта в военных операциях неизмеримо возросла. Современная военная техника находится в такой абсолютной зависимости от жидкого топлива, что всякое, даже кратковременное нарушение или перерыв в снабжении жидким топливом представляет собой смертельную опасность для страны, поставленной в менее выгодные условия в отношении обеспечения жидким топливом.

Неудивительно поэтому, что в значительной степени именно недостаток нефти породил в Германии пресловутую теорию «блицкрига»; эта теория нашла наиболее ревностных адептов. Наоборот, перспектива длительной войны, по диаметрально противоположным соображениям, находила сторонников в Англии и США. Недаром германский фашизм испытывает смертельную тревогу, видя, как затягивается война, несущая неизбежный крах империи людоедов.

Затянувшаяся война заставила германских фашистов устремить свои алчные взоры на иракскую и азербайджанскую нефть, на нефтяные месторождения саудовской Аравии и Бахрейнских островов. Уже в середине 1940 года в известном экономическом германском журнале «Виртшафтсдинст» появилась статья Бара, виднейшего германского специалиста по вопросам нефти, приоткрывавшая завесу над планами любовно лелеявшимися фашистами еще задолго до германского путча в Ираке и грабительского похода против нашей страны. В упомянутой статье Бар откровенно заявляет, что «ближневосточные месторождения нефти, равно как и нефтяные месторождения СССР являются естественными источниками, которые должны питать нефтью державы «оси».

Вожделениям фашистской Германии, как известно, в Иране и в Ираке был нанесен сокрушительный удар. Германии, как своих ушей, не видать ни ближневосточной, ни азербайджанской нефти. Надежды на обильно текущую с востока нефть сменяются реальной и грозной перспективой голодного нефтяного пайка. Можно полагать, что уже сейчас недостаток нефти является одной из серьезных причин пассивности действий германской авиации над английскими островами. Война на два фронта для Германии явно не по силам.

Недостаток сырой нефти Германия пыталась восполнять усиленным производством синтетического жидкого топлива из бурых и каменных углей. Крупнейшие правительственные субсидии на ряду с системой об'единения промышленников и их капиталов в компаниях по производству синтетического жидкого топлива позволяли фашистам из года в год увеличивать производство последнего. В начале 1940 года производственная мощность предприятий, производящих жидкое топливо, составляла 2,6 млн. тонн. Она должна была составить к концу 1940 года 3 млн. тонн. Практически же, по данным английского журнала «Петролеум таймс», производство искусственного жидкого топлива в 1940 году едва ли превысило 2.200 тыс. тонн. По расчетам того же журнала, производство получаемых при гидрировании углей сжиженных газов для автотранспорта достигло в 1940 году 500 тыс. тонн.

Кроме синтетического топлива, следует еше упомянуть и бензол. Производство бензола связано с выжигом кокса и составляет около 400.000 тонн. Однако часть последнего расходуется для производства взрывчатых веществ. Производство спирта в Германии, по имеющимся данным, в 1940 году составило 100.000 тонн. Дальнейшее развитие производства синтетического топлива чрезвычайно затруднено, так как пред'являет к германской военной экономике, находящейся в крайне напряженном состоянии, чрезвычайно высокие требования. Гидрирование углей поглощает много угля, электроэнергии и металла. Так, для производства одной тонны бензина требуется от 4 до 6 тонн бурого угля, и это – не считая угля, затрачиваемого на производство необходимого при гидрировании водорода, а также угля на энергетическую часть производственного процесса.

Некоторые специалисты считают, что для производства одной тонны бензина расходуется в общем около 15 тонн угля. Для производства одной тонны моторного топлива на основе синтеза газов требуется не менее 20 тонн угля. Столь высокий расход в условиях острого недостатка угля, переживаемого сейчас Германией, неизбежно вызвал бы в случае интенсивного строительства новых заводов резкое сокращение производства в других отраслях военной промышленности, а также в работе электростанций, зависящих от бесперебойного питания бурыми углями.

Кроме синтетического топлива, следует еще упомянуть и бензол. Производство бензола связано с выжигом кокса и составляет около 400.000 тонн. Однако часть последнего расходуется для производства взрывчатых веществ. Производство спирта в Германии, по имеющимся данным, в 1940 году составило 100.000 тонн.

Дальнейшее развитие производства синтетического топлива чрезвычайно затруднено, так как пред'являет к германской военной экономике, находящейся в крайне напряженном состоянии, чрезвычайно высокие требования. Гидрирование углей поглощает много угля, электроэнергии и металла. Так, для производства одной тонны бензина требуется от 4 до 6 тонн бурого угля, и это – не считая угля, затрачиваемого на производство необходимого при гидрировании водорода, а также угля на энергетическую часть производственного процесса. Некоторые специалисты считают, что для производства одной тонны бензина расходуется в общем около 15 тонн угля. Для производства одной тонны моторного топлива на основе синтеза газов требуется не менее 20 тонн угля. Столь высокий расход в условиях острого недостатка угля, переживаемого сейчас Германией, неизбежно вызвал бы в случае интенсивного строительства новых заводов резкое сокращение производства в других отраслях военной промышленности, а также в работе электростанций, зависящих от бесперебойного питания бурыми углями.

Большинство заводов искусственного жидкого топлива расположено к тому же в Западной и Центральной Германии (вблизи каменноугольных и буроугольных месторождений). Эти заводы, как известие, подвергаются систематическим и ожесточенным налетам английской авиации. По этой причине приведенные данные о производстве синтетического топлива, и сами по себе невысокие, следует считать безусловно преувеличенными. (Это относится также и к данным о румынских нефтяных месторождениях, являющихся об'ектом систематических налетов советской авиации. Нефтяные промыслы в Плоешти, по сообщениям иностранной прессы, работают уже сейчас с резко пониженной производительностью. Это является для Германии весьма чувствительным ударом).

Таким образом, производство в Германии синтетического топлива в сопоставлении с неограниченными возможностями союзников является мизерным. Надежды Гитлера, на то, что искусственное жидкое топливо явится основной базой снабжения армии, явно необоснованы. Чтобы убедиться в этом, достаточно обратиться к данным, опубликованным специальной английской и американской печатью. По этим данным, только с 10 мая по 14 июня 1940 года германской армией при наступлении на Францию, Бельгию и Голландию было израсходовано 1.500.000 тонн жидкого топлива.

Гигантский масштаб операций на восточном фронте, несомненно, требует неизмеримо большего расхода жидкого топлива. По скромным подсчетам английских экспертов, расход жидкого топлива в военное время для Германии должен составить около 20 млн. тонн ежегодно. Все возрастающий размах военных действий, а также фактические размеры добычи и производства жидкого топлива в Германии заставляют думать, что запасы, накопленные Германией до войны и во время затишья военных действий, последовавшего вслед за разгромом Франции, находятся уже сейчас в стадии быстрого расходования.

Необходимо также учесть, что Германия совершенно не располагает высококачественным авиационным бензином. Немцы устанавливают поэтому на самолетах сложные по конструкции насосы для впрыскивания бензина. Это дает им возможность пользоваться бензином с низким октановым числом, который немцы получают из синтетического топлива, а также из своих месторождений. Но в результате применения такого горючего немецкие машины летают с пониженной скоростью.

Чрезвычайно остро стоит в Германии вопрос со смазочными маслами. Несмотря на то, что в жидкое топливо (бензин, дизельное топливо) перерабатываются в Германии различные сорта углей, до сих пор ни одним из известных синтетических процессов не удавалось получить смазочных масел. Количество смазочных масел, получаемых из собственных и оккупированных месторождений нефти, невелико. Румынская нефть по своему качеству также непригодна для производства смазочных масел хорошего качества. Неудивительно, что Румыния всегда предпочитала ввозить из Америки смазочные масла, содержащие не более 0,3 проц. серы и обладающие высоким индексом вязкости.

Таковы острые и трудно разрешимые проблемы жидкого топлива, с которыми Германия вступает в третий год войны. Облетевшая после окончания войны 1914–1918 гг. весь мир крылатая фраза – «победы союзников пришла на волне нефтяной волны», не только сохраняет свое значение и для настоящей войны, но в связи с неизмеримо возросшей моторизацией армий приобретает еще более глубокий смысл.

^