ПРЕССА ВОЙНЫ 1941-1945
Россия
8.8.2020
Москва
к списку
Наступление на Дорохово
В течение более чем месяца нашего контрнаступления один участок фронта на дальних подступах к Москве оставался неподвижным. Это был центральный участок, пересекавший Можайское шоссе между Дорохово и Кубинкой, у деревни Крутицы. Теперь, со взятием нашими войсками Дорохово, ликвидирован последний очаг позиционной борьбы: весь подмосковный фронт в движении. Красная Армия теснит немцев и на центральном, Можайском направлении.

День накануне занятия Дорохово я провел в Н-ском стрелковом полку, продвигаясь с ним вдоль шоссе. Противник занимал здесь в основном стабильный оборонительный рубеж давно, с двадцатых чисел ноября 1941 года. Наш полк, начавший наступление 10 января, вел в этот день довольно тяжелый, но успешный лесной бой. Подразделения 123-го немецкого пехотного полка отходили лишь под большим нажимом, прикрываясь сильным минометным огнем и действиями групп автоматчиков. Дело нередко доходило и до частных контратак немцев; их командование было обеспокоено тем, что наши части грозили перехватить железную дорогу и отрезать единственный путь отхода врагу из Т. – по шпалам. Стремясь воспрепятствовать этому, немцы все время вели активные демонстрации против правого фланга полка, сдерживая в то же время наступление соседа. Обстановка создалась достаточно сложная, но она подтолкнула командира полка капитана Святенко на правильное решение: закрепившись главными силами на достигнутом рубеже, выбросить группу в тыл врагу для перехвата пути отхода немцев вдоль железнодорожного полотна.

Мы переходим с капитаном Святенко на его новый командный пункт – туда, где только-что располагался один из командиров батальонов. Впереди – частые разрывы мин, пулеметные очереди. Чувствуется пульс боя, и по его биению ясно, что противник обороняется упорно.

На новый командный пункт мы можем пройти только пешком. Путь лежит через довольно широкую поляну – полтора километра «ничейной» земли. Наш бывший передний край, от которого подразделения полка уже отошли на запад на 7–8 км, выглядит очень внушительно: глубокий противотанковый ров, двойной ряд надолб и пять рядов колючей проволоки прикрывают его. Здесь, об этот рубеж, разбилось ноябрьское наступление немцев, и с тех пор в течение полутора месяцев бойцы капитана Святенко прочно удерживали его. Дивизия, в которую входит полк Святенко, уничтожила за это время 90 немецких танков.

Немецкая оборонительная полоса оборудована значительно слабее: жидкая проволока в 1–2 ряда, почти никаких противотанковых препятствий. Зато блиндажи основательны: в 6–7 накатов бревен, хорошо замаскированные на опушке леса. Немцы и минометы свои прячут в блиндажах, устраивая в крышах отверстия для ведения огня.

Очень широко применяют здесь фашисты минирование. «Все черно от мин», – говорит командир саперного батальона, руководящий работами по разминированию.

Действительно, все черно. Вот участок дороги, покрытый сплошным панцырем почерневшего снега. Здесь, на протяжении не более 50 метров, саперы уже подорвали 44 мины. Пять ждут очереди, и неизвестно, сколько их найдут еще. Мимо черных тарелей мин, напоминающих большую патефонную пластинку, из центра которой торчит подобие маленькой мембраны, проходишь с удвоенным вниманием. Все это связано тонкими проволочками и на каждом шагу образует ловушки для неосторожного бойца. Вот такая проволочка незаметно уходит в снег около немецкого блиндажа, уже обжитого нашими бойцами. Кто знает, может быть, блиндаж минирован? Тут же ставится задача разведать и обезвредить.

Кстати, наблюдаем «новость». Кругом лежат немецкие трупы. Один из них тоже, оказывается, минирован. Саперы осторожно повертывают труп, лежавший на груди, и извлекают из-под живота «Фрица» очередную тарель, предварительно отсоединив проволочку, которой мертвец связан со взрывателем. Неподалеку обнаружена минированная каска. Такие приемы минирования известны еще с дней войны в Финляндии 1939–1940 года. Характерно, что немцы сейчас заимствуют их у своих «союзников».

Когда идешь по покрытой снегом поляне или пробираешься через лес, лавируя между минами, видишь воочию, какие препоны воздвигает на пути наступающих войск зима. Дорог в «ничейной» полосе, да и на бывшем переднем крае врага, абсолютно нет. Двигаться вне дорог совершенно немыслимо: это могут делать только лыжники. Чтобы быстро протолкнуть за наступающей пехотой артиллерию, бронеавтомобили, тяжелые минометы, приходится тут же, чуть не под огнем врага расчищать дороги. Вернее, не расчищать, а прокладывать в сплошном метровом снегу. Это – огромная и трудоемкая работа. Если не выполнить ее вовремя, техника безнадежно отстанет от живой силы и не принесет необходимой поддержки пехоте. Вот почему на расчистку дорог приходится бросать довольно значительные силы, а сама по себе эта работа в известной мере лимитирует темпы наступления. И бойцы капитана Святенко, не покладая рук, очищают шоссе, стараясь быстрее «пропихнуть» вперед полковые минометы, пушки, танкетки.

Но зимние дороги связывают не только нас, от них еще в большей мере зависят немцы. В большей потому, что инициатива прочно перешла в руки Красной Армии и «немец» уже теперь вынужден делать не то, что ему вздумается, а должен подчиняться воле наших войск. Это ярко видно на примере отхода немцев из пункта Т.

Стесняя маневр наступающего, зимние дороги в то же самое время облегчают ему задачу отрезания противника, особенно перерыва его путей отхода. Это учитывают наши командиры и сплошь и рядом добиваются отличных результатов.

Западный фронт, 13 января