ПРЕССА ВОЙНЫ 1941-1945
Россия
27.5.2020
Москва
к списку
Судьба гитлеровских генералов
Каждый день приносит новые доказательства обострения разногласий между гитлеровской верхушкой и немецким генералитетом. Отстранение ряда генералов наряду с продолжающейся чисткой высшего офицерского состава является внешним выражением тех болезненных процессов, которые под влиянием ударов Красной Армии начинают разъедать организм «непобедимой» гитлеровской армии и прежде всего ее «мозг».

Гитлер еще перед войной прилагал очень большие усилия, чтобы иметь генеральный штаб, который явился бы слепым выполнителем его планов. Когда в 1935 году Гитлер односторонним актом отменил военные ограничения Версальского договора и ввел всеобщую воинскую повинность в Германии, он восстановил также генеральный штаб, уничтожение которого было особо оговорено в Версальском договоре. Но при реорганизации высшего военного руководства в феврале 1938 года Гитлер значительно урезал функции генерального штаба и даже переименовал его в «управление верховного командования». Объяснялось это опасением Гитлера, что видные генералы, собранные вместе в «большом» генеральном штабе, смогут, если сговорятся между собой, противопоставить себя «фюреру».

Попытка такого сговора имела место в 1938 году. Тогда генерал Фрич, руководивший армией, от имени генералитета категорически воспротивился внедрению в армию на офицерские должности гитлеровских головорезов — командиров СС и штурмовых отрядов. Это и ряд других, политических требований, предъявленных Фричем, имели целью повысить роль и авторитет генерального штаба и установить его контроль над развертыванием армии и ее использованием. Гитлер ответил на выступление Фрича чисткой генералитета. Он сместил Фрича, а также постоянно колебавшегося военного министра генерал-фельдмаршала Бломберга, в последнюю минуту поддержавшего требования Фрича. Впоследствии, во время кампании в Польше, генерал Фрич, как сообщала мировая печать, был убит на фронте агентом гестапо. Генерал Бломберг не получил нового назначения; одно время он находился под «домашним арестом», а после начала войны был сослан под надзор гестапо в один из захолустных городов Баварии.

Гитлер всячески стремился произвести расслоение, среди генералитета, изолировать «старых» генералов, рассматривавших себя, как носителей прусско-юнкерских традиций. На высшие командные должности он начал усиленно выдвигать беспринципных карьеристов. В этом отношении деятельную поддержку ему оказывал генерал Вальтер Рейхенау, представитель «молодого» поколения в генералитете. Рейхенау уже давно стремился играть крупную военную и политическую роль в Германии. Сын известного пангерманца (отец Рейхенау — основатель имперского союза немцев за границей), Рейхенау еще до прихода Гитлера к власти связался с ним. Свое пребывание на посту начальника штаба, при командующем 1-м военным округом (Восточно-прусский) Бломберге он использовал для усиленной вербовки среди офицеров сторонников Гитлера. Он сумел уговорить своего начальника Бломберга примкнуть к Гитлеру, в то время как другие генералы еще колебались.

Когда 30 января 1933 года Гитлер вручил портфель военного министра Бломбергу, то вместе с ним в военное министерство перекочевал и Рейхенау, где он фактически играл роль товарища министра. В период формирования новой армии Рейхенау имел отношение к подбору командного состава, и влиял на продвижение офицеров. Многие из получивших в первые годы гитлеровского режима назначения на высокие должности обязаны своей карьерой Рейхенау.

Впоследствии генерал Рейхенау выполнял ряд весьма деликатных поручений Гитлера по сколачиванию военно-политического блока. Так, например, он неоднократно ездил в Венгрию и Италию. Летом 1936 года он совершил поездку в Японию. Вскоре после этой поездки и состоялось подписание японо-германского соглашения.

Во время генеральского кризиса 1938 г. Рейхенау считался одним из наиболее вероятных кандидатов на пост военного министра. Однако честолюбивым замыслам Рейхенау не суждено было сбыться. Гитлер уничтожил должность военного министра, а его функции распределил между главнокомандующим сухопутной армией, главнокомандующим военно-воздушными силами и верховным главнокомандующим всеми вооруженными силами.

Таким образом, реорганизация высшего командования в 1938 году сосредоточила в руках Гитлера всю полноту власти, которой генерал Фрич добивался для генерального штаба. По новой структуре германского командования все главнокомандующие были непосредственно подчинены Гитлеру, а с уничтожением военного министерства весь контроль над армией также оказался в его руках. Единственная уступка, которую Гитлер сделал генералам, заключалась в том, что он не назначил на пост главнокомандующего армией генерала Рейхенау, которого среди генералитета рассматривали, как выскочку. На должность главнокомандующего армией был назначен генерал Браухич, один из видных представителей прусско-юнкерской касты.

Однако и после всех этих перемещений недоверие Гитлера к генералитету не рассеялось. Он знал, что современные немецкие генералы, как и кайзеровские, придерживаются старого завета прусских юнкеров: «король полновластен, пока выполняет нашу волю». Именно этим недоверием объясняется и своеобразная двойственность, существующая в высшем звене гитлеровского военного командования. Наряду с главным командованием, возглавлявшимся ныне отстраненным генералом Браухичем, Гитлер создал свой личный штаб. Он привлек туда двух своих приближенных — Иодля и Варлимонта, ранее подвизавшихся в полиции. Оба они вопреки всем существующим в германской армии правилам о сроках производства получили генеральские чины.

Когда в иностранной печати появлялись сведения о разногласиях между гитлеровским руководством и генералитетом, Гитлер немедленно делал жест в сторону Браухича. Так, например, 4 октября 1941 года вся германская печать по указке сверху широко отмечала 60-летие Браухича. Газета «Ангриф« писала: «Самое существенное, что мы можем сказать о Вальтере Браухиче, — это то, что он является лучшим исполнителем планов фюрера».

Владея крупными наследственными поместьями в Восточной Пруссии, Браухич рассматривал как «кровное оскорбление» тот факт, что польский коридор, перерезавший Восточную Пруссию, вклинился в его личные владения. Он считал, что этот «национальный позор» для Германии должен быть смыт. Но он шел еще значительно дальше: он поддерживал агрессивные планы Гитлера, направленные к территориальным захватам на Востоке и Западе. Памятуя разгром Германии в первую мировую войну, Браухич тщательно старался избежать ошибок прошлого. В частности, он считал важнейшей задачей германской дипломатии в период подготовки войны и после ее начала — всячески препятствовать созданию мощной европейской коалиции держав против Германии.

По его плану Германия должна была бить своих противников поодиночке, вести войну каждый раз только на одном фронте. Особенно опасной Браухпч считал ситуацию, при которой Германия оказалась бы одновременно вовлеченной в войну против коалиции европейских держав.

Сходясь с Гитлером в вопросе о целях войны, в стремлении завоевать мировое господство, Браухич, однако, разошелся с ним в методах достижения этой цели. Браухич более трезво, чем Гитлер, взвешивал собственные силы и силы противников Германии. Тем не менее и он просчитался в оценке сил Советского Союза. На первом этапе войны он сам всячески форсировал наступление. Однако упорное сопротивление Красной Армии, огромные потери немцев в людском составе и в материальной части и создание сильной антигитлеровской коалиции демократических держав заставили Браухича опасаться того, что все территориальные захваты в СССР окажутся пирровой победой.

Браухич стал настаивать на большей осторожности, на экономном расходовании людских резервов и боевой техники. В этом его еще более укрепил провал октябрьского и ноябрьского наступления на Москву. В то время как Гитлер собрал в конце ноября своих вассалов и, ожидая с минуты на минуту падения Москвы, готовился на этой конференции официально провозгласить победу «нового порядка» в Европе, он получил от Браухича требование приостановить наступление и начать отход от Москвы. Это требование Браухича было поддержано генералами Боком, Гудерианом, Шмидтом, Леебом и Рунштедтом. Красная Армия заставила этих генералов понять безнадежность немецких попыток захватить Москву. Гитлер отклонил требование генералов, указав, что отступление создало бы угрозу фашистскому режиму и поколебало бы среди «союзников» Германии веру в ее силу.

Разгром группы генерала Клейста под Ростовом и переход Красной Армии в контрнаступление на Московском фронте еще более обострили разногласия между Гитлером и генералитетом. Положение осложнилось также тем, что одновременно, под натиском англичан, германо-итальянские силы в Ливии также были вынуждены к отступлению. Муссолини дважды обращался к Гитлеру за помощью, угрожая в противном случае выходом из войны. Браухич был против отправки дополнительных контингентов в Африку, считая военное положение Италии безнадежным. Гитлер же обещал Муссолини помощь.

Гитлер продолжает смещать генералов и даже, как утверждает иностранная печать, их физически устраняет, подобно Рейхенау. Такова судьба гитлеровских генералов. Гитлер считает, что они виновны в поражениях на советско-германском фронте. Совершенно очевидно, что кризис германского военного руководства бьет прежде всего по самому Гитлеру. Положение сейчас не достигло еще той остроты, когда можно ожидать близкого военного краха Германии, но продолжающееся наступление Красной Армии создаст к тому все предпосылки.

Подготовил Ярослав Огнев, источник текста: Блог Ярослава Огнева