ПРЕССА ВОЙНЫ 1941-1945
Россия
17.5.2022
Москва
Час настал
Красная Армия и войска союзных стран завершили великий и благородный труд — разгром гитлеровской Германии. Истерзанная и разрушенная гитлеровцами Европа освобождена. Германия поставлена на колени.

Военный разгром Германии — основной, важнейший, но не последний этап в той героической борьбе, которую начали и победоносно ведут свободолюбивые народы. Для полного торжества правого дела за военным разгромом Гитлера должен последовать морально-политический разгром гитлеризма. При решении этой задачи первостепенное значение приобретает наказание преступников войны.

Еще в самом начале Великой Отечественной войны товарищ Сталин, чья гениальная прозорливость глубоко проникает в будущее, говорил о наказании гитлеровских преступников. Это встретило отклик во всем мире. В августе 1942 года Рузвельт заявил: «Справедливость требует, чтобы они (немецко-фашистские захватчики — А. Т.) получили предупреждение о том, что придет время, когда они должны будут предстать перед Судом в тех самых странах, которые они сейчас угнетают, и нести ответственность за свои действия». Через месяц 8 сентября 1942 года, в речи, произнесенной на сессии палаты общин, Черчилль сказал: «Когда в Европе пробьет час освобождения, — а он неизбежно пробьет, — он явится также часом возмездия... Те, кто виновен в нацистских преступлениях, предстанут перед трибуналами тех стран, где совершались их зверства, с тем, чтобы это послужило суровым предостережением для будущих веков и чтобы последующие поколения людей могли заявить — погибнут все, кто вновь совершит подобное».

Час освобождения пришел. Он должен стать и часом возмездия. Под ударами Красной Армии и союзных войск пала завеса, скрывавшая лагери смерти в Польше и Германии. Перед миром, уже познавшим ужасы массового истребления людей в Смоленске и Майданеке, раскрылись новые зловещие страницы: Треблинка и Освенцим, Бухенвальд и Бельзене. Эшелоны поездов, методично и регулярно поставляющие живое человеческое сырье для истребления. Три миллиона жертв, замученных в Треблинке. Четыре миллиона жертв, загубленных в Освенциме. Отныне никто не сможет упрекнуть гитлеровцев в том, что они — только палачи и разрушители. В Треблинке и Освенциме питомцы Гиммлера и Круппа показали образцы фашистско-созидательного «труда»: производство матрацев из женских волос, варку мыла на человечьем жиру, заготовку удобрения из перемолотых человеческих костей. Гитлеровская Германия издыхала и в свой последний предсмертный час на лобном месте истории предстала перед миром разоблаченная во всей своей отвратительной наготе. Может ли далее медлить правосудие?

Когда в 1939 году Гитлер начал войну, когда в последующие годы он войну превратил в государственный бандитизм. Гитлер менее всего думал о грядущей расплате: он тогда был занят планированием «нового порядка» в Европе и целом мире. Но когда Красная Армия прогнала прочь с советской земли фашистские орды, когда рушились воспетые Геббельсом «валы» — Восточный, Западный, Атлантический, и на Германию вплотную надвинулся грозный девятый вал комбинированных ударов с востока и запада, с севера и юга, — в Германии начали усиленно планировать средства против приближающейся расплаты. Все внутренние и внешние ресурсы гитлеровского режима — подлоги и угрозы, подкуп и убийства — были мобилизованы для достижения главной, самой вожделенной цели — раскола союзников. Когда стратегия раскола провалилась, ей на помощь и ей на смену пришла стратегия милосердия. Гитлеровцы не жалели награбленных фондов, а прогитлеровские элементы — хорошо оплачиваемых слез, чтобы разжалобить будущих судей, добиться снисходительного мира и таким образом спасти остатки фашистских кадров.

В самые последние дни, когда мир узнал об Освенциме и Бухенвальде и елейные слова о милосердии к палачам звучали бы бесстыдным издевательством над убиенными, в иностранной прессе прозвучали новые вариации на милосердный лад.

Сотрудник турецкой газеты «Танин» Бурхан Вельге выступил с защитой двух одинаково ценных и оригинальных тезисов. Тезис первый: Вельге утверждает, что «в жизни народов главным оружием противодействия преступлению является... совесть!» Палачи и тюрьмы не остановили деликатного взора автора... Тезис второй: Вельге полагает, что преступники войны — больные, которых надо лечить в больницах и санаториях. По Вельге, следовательно, технически продуманное, тщательно организованное истребление миллионов — лишь хаотическая деятельность душевнобольных, бессмысленные движения лунатиков, нуждающихся в медицинской помощи.

Другая турецкая газета, «Тавир» великодушно не возражает против суда над преступниками войны, но полагает, что судить этих преступников должны нейтральные страны. По этой конструкции свободолюбивые народы, понесшие величайшие жертвы во имя цивилизации, закона и справедливости, остро нуждаются во внешнем займе: им, оказывается, необходимо спешно занять у других народов судей, и у кого же? У нейтральных стран — Испании, Аргентины и им подобных «нейтралов».

Располагая подобными кадрами лакеев и миротворцев, гитлеровцы, естественно, не переоценивали ни их авторитета, ни их интеллекта. Поэтому в грозный канун безоговорочной капитуляции, когда все пути оказались отрезанными и все выходы закрытыми, гитлеровцы спешно прибегли к средствам неотложной самопомощи.

В печати появились сведения о смерти некоторых весьма видных фашистских преступников. Что можно сказать об этих покойниках? Они умерли слишком рано — до суда и наказания. Они умерли и слишком поздно — по истечении десяти лет чудовищных злодеяний. Но и покойники у гитлеровцев не всегда обычные, ибо и из смерти гитлеровцы сумели сделать цирковой номер — в выдержанном стиле фашистской акробатики.

В начале 1945 года, когда разгром Германии стал очевидным, в Берлине начался организованный государством падеж фашистских фюреров. Работа, видимо, спорилась: гитлеровцы организованно «умирали», сами себе устраивали похороны и, таким путем, публично канув в Лету, тайно приплывали к нейтральным берегам. Полковник войск СС Олаф, растроганный некрологом о собственной смерти, уехал в Португалию. Начальник штаба гитлеровской молодежи Гельмут, павший жертвой несчастного случая и убитый горем, отправился путешествовать по Испании.

Таков путь гитлеризма: от победных фанфар, от планов мирового господства, через тотальные мобилизации и неисчислимые злодейства к трагической клоунаде и трусливому бегству из возлюбленного фатерлянда. «Избранники природы, властелины мира», как тараканы, расползающиеся по щелям нейтральных стран. Но счет истории и счет человеческий на этом далеко не кончен. В строй вступает правосудие.

Накануне великой победы, в праздничный день 1 Мая, товарищ Сталин сказал: «Объединенные Нации уничтожат фашизм и германский милитаризм, сурово накажут преступников войны и заставят немцев возместить ущерб, который они причинили другим странам». В речи, обращенной к конгрессу, президент США Трумэн заявил: «Ничто не поколеблет нашей решимости наказать военных преступников, даже если для этого нам придется преследовать, их до края света».

Ряд опаснейших преступников войны — Геринг, Папен, Дитрих, Рундштедт, Шпеер, Функ, Фалькенхорс и другие во власти союзных войск. Это — не военнопленные, взятые в условиях боя на полях сражений. Это — пойманные преступники или преступники, оказавшиеся во власти союзных армий в порядке осуществления акта о безоговорочной капитуляции. Суд над этими и другими пойманными преступниками войны в одинаковой мере и обоснован и неотложен. Этот суд предполагает, однако, некоторые подготовительные действия. Рундштедта бельгийцы зовут к ответу за ограбление в декабре 1944 года Арденн. Шпеера Голландия обвиняет в разрушении Роттердама. Их обоих обвиняют в тяжких преступлениях и другие государства. При этих условиях неотложную важность приобретают некоторые процессуальные вопросы: вопросы подсудности, вопросы компетенции национальных судов и могущих быть образованными смешанных судов или интернационального трибунала, вопросы выдачи преступников и другие, требующие немедленного разрешения.

В Лондоне давно заседает комиссия Объединенных наций по расследованию преступлений войны, комиссия, в которую СССР своих представителей не послал. Работа этой комиссии крепко застряла где-то на дальних подступах к суду и наказанию. Вся продукция комиссии до настоящего момента выразилась в составлении 7 списков преступников войны: 4 списка — немцев, преступников войны, один — итальянцев, один — японцев и один — смешанный — албанцев, болгар, венгров и румын. Долгие месяцы потребовались комиссии для того, чтобы составить эти первые списки преступников войны. Возникает, естественно, вопрос: сколько же времени потребуется для того, чтобы преступники войны совершили путь из списков на скамью подсудимых?

Армиями выполнен величайший в истории человечества подвиг. Враг — сильный, упорный и коварный враг — сокрушен. Преступники схвачены. «Герои» в борьбе с безоружными женщинами, палачи миллионов, они теперь, плаксивые и жалкие, с трясущимися коленями, ждут своего часа. Этого часа шесть лет ждали свободолюбивые народы. Народы ждут, а правосудие медлит. Правосудие движется на тормозах.

* * *

Тяжелой, кровавой полосой на пути человечества к прогрессу и цивилизации легли фашистские злодеяния. Теперь перед народами раскрываются величественные перспективы оберегаемого международной организацией безопасности мирного сотрудничества наций. Человечество на подъеме. Народам нужны не тормоза, а крылья.

Наказание преступников войны — не только правовая проблема. Наказание преступников войны — проблема военная и политическая. Наказание преступников войны — необходимое звено в борьбе за длительный мир и устойчивую демократию.

Народы выиграли великую битву с гитлеровской Германией. Они выиграют и битву за правосудие. Час возмездия настал. Да свершится правосудие!

Подготовка текста: Ольга Федяева. Карточка: Олег Рубецкий. Опубликовано: Пресса войны