Cейчас сайту очень нужна ВАША поддержка! Просим вас помочь сайту деньгами.
ПРЕССА ВОЙНЫ 1941-1945
19.9.2019 — Россия
Месяц упорных боев под Смоленском
Тридцать суток длятся бои на Смоленском и Невельском направлениях. Они свидетельствуют о решающих переменах в положении воюющих сторон. Если в первые дни вероломного нападения на Советский Союз немецко-фашистские генералы соблюдали некоторую последовательность действий, то сейчас обстановка в корне изменилась. Немцы целый месяц безуспешно вели наступление, бросаясь с одного участка на другой, и нередко вынуждены были, понеся большие потери, переходить в обороне под ударами частей Красной армии. Уже одно это показывает, что расчет фашистов на молниеносную войну потерпел крах, что у немецких войск иссякает наступательный порыв.

Заранее заготовленные догмы войны против Советского Союза пришли в явную негодность. Фашистское командование вынуждено теперь многое пересмотреть и от многого отказаться. В «Памятке об особенностях русского способа ведения войны», изданной восточным отделением генерального штаба германской армии в Берлине, главная ставка Гитлера признает следующее:

«Боевые действия Красной армии всегда направлены на полное уничтожение войск противника, всякое сражение (как наступление, так и оборона) имеет задачу нанести противнику уничтожающее поражение»

Гитлеровский генштаб в этом не ошибся, а руководимые им войска испытали эту особенность действий Красной армии на своей спине. Отметим и другой характерный вывод из той же памятки. В ней сказано:

«Сила русской армии заключается в большой массе солдат и боевых средств всякого рода, в нетребовательности, выносливости и храбрости солдат, а также в широких пространствах страны».

Перед началом войны приказы по крупным германским соединениям, а также по отдельным полкам и батальонам были насыщены высокопарными фразами о походе на Москву. В одном приказе по 27-му бронетанковому разведывательному отряду говорилось:

«Затем 2-я танковая группа без остановки продвигается в район Смоленска и путем уничтожения русских войск, действующих по эту сторону Днепра, откроет путь на Москву... Решающее значение будет иметь наступление с полным введением в действие моторов. Невзирая на угрозы с флангов, без передышки и отдыха, в дневных и ночных боях продвигаться, насколько позволят запасы горючего».

Скажем прямо: если в первые дни войны в силу внезапности нападения это и удавалось немецкому командованию, то бои, развернувшиеся в дальнейшем, внесли существенную поправку, которая коренным образом нарушила наступательные планы фашистов.

Если в начале войны фашистское командование заботилось главным образом о запасах горючего, то сейчас оно вынуждено заняться другими, более серьезными вопросами. Все чаще стали раздаваться вопли о нехватке живой силы, материальной части т. п. Оказалось, что не так-то уж легко немецким танкам и мотоколоннам «дуть на всю железку» по русской земле.

Враг стал метаться из стороны в сторону и, наконец, утратив свой первоначальный пыл, был вынужден перейти на многих участках в обороне. Все чаще наблюдаются случаи, когда фашистские танки терпят поражение за поражением. Танкисты удирают с поля боя и зарывают свои машины в землю, делая из них нечто вроде долговременных огневых точек. Иначе выглядят сейчас и боевые порядки немцев. Враг, выпуская из рук инициативу, начинает приспособляться к методам военных действий, навязанных ему теперь нашими войсками.

В сражениях на Смоленском направлении действия наших войск были прежде всего нацелены на изматывание, истощение и уничтожение вражеских сил. Вот примеры этой борьбы.

В первые дни немцы широко применяли авиацию для воздействия на наши боевые порядки. Самолеты у них находились в непосредственном подчинении командиров дивизий и располагались поблизости от наземных войск, в каких-нибудь 5–10 километрах от передовых позиций. Это позволяло им постоянно висеть над нашими войсками. Несколько крупных налетов советской авиации на вражеские полевые аэродромы и методическое воздействие на них днем и ночью, а также непрерывный обстрел ближайших аэродромов нашей дальнобойной артиллерией заставили фашистов пересмотреть свою тактику взаимодействия.

О потерях немецкой авиации можно судить хотя бы по таким фактам. Два фашистских аэродрома в районах северо-западнее пункта Я. и западнее К. были полностью уничтожены артиллерийским огнем. При этом сгорело свыше сотни самолетов. В воздушных боях на линии Могилев–Орша немцы только за два дня потеряли 162 самолета, сбитых советской авиацией во взаимодействии с зенитной артиллерией. Кстати сказать, наша зенитная артиллерия показала высокий класс стрельбы, особенно малокалиберная. Она совершенно не позволяет немцам бомбить со средних высот. Как только немецкие летчики пытаются снизиться для точной бомбежки и ведения прицельного огня, их беспощадно бьют. Наиболее отличились у нас два зенитных дивизиона: один сбил за пять дней 13 вражеских самолетов, другой – 23.

Все это заставило фашистское командование внести в свою тактику ряд изменений. Как известно, немецкая пехота не отличается особой храбростью и инициативностью в бою. Лишившись поддержки с воздуха, она предстала перед нами в довольно неприглядном виде. Она не выдерживает атак наших войск, бежит от ударов советской артиллерии и танков.

Конечно, такое поведение немецкой пехоты обусловлено еще и тем обстоятельством, что танковые части фашистов тоже понесли огромный урон. Немецкие танки горят под воздействием зажигательных средств, применяемых советской пехотой, их бьют наши противотанковые орудия, их давят наши тяжелые танки. Тысячи фашистских танков, совершивших триумфальный путь по странам Западной Европы и Балканского полуострова, уже сгорели, взорваны, подбиты артиллерией, – словом, вышли из строя. Это сильно поколебало дух немецкой пехоты, которая предпочитает двигаться вперед лишь в том случае, если ее прикрывает броня.

На Смоленском и Невельском направлениях фашистское командование сосредоточило свои лучшие, отборные дивизии под командованием «прославленных» генералов. Сейчас многих из этих дивизий вообще не существует в природе, а другие, потеряв половину личного состава и более, превратились в полки. Так, в районе Смоленска были разгромлены 5-я и 137-я пехотные дивизии, 20-я моторизованная, в районе Могилева – 11-я и 30-я дивизии «СС», на Невельском направлении 253-я и 110-я пехотные. Этот список погибших дивизий далеко не полон.

Немало вражеских танковых полков в результате огромных потерь стало обычными пехотными частями, лишь формально сохранившими название «танковый полк». 20-я танковая дивизия только под селением К. оставила на поле боя около 700 трупов и более 200 разбитых танков. К концу июля в ней было всего четыре десятка боевых машин, а в 19-й танковой дивизии их не осталось вовсе. Под Витебском был разгромлен полк 7-й танковой дивизии, до 50 процентов потерь имела 12-я танковая дивизия, один полк которой совершенно выведен из строя. Большой урон понесла учебная бронетанковая бригада, которую немцы ввели в бой вынужденно, из-за недостатка сил.

Устилая трупами пядь за пядью советскую землю, фашисты пробились к Смоленску. Советское Информбюро в своей сводке от 13 августа сообщило, что несколько дней назад наши войска оставили город Смоленск. Почти целый месяц продолжались упорные бои за самый Смоленск.

Город неоднократно переходил из рук с в руки. Не раз фашистские части, врывавшиеся туда, полностью уничтожались нашими войсками. Не одна немецкая дивизия нашла свою могилу на подступах к Смоленску и в самом городе. Ожесточенные бои развертывались за каждую улицу, за любой отдельный дом, и фашисты щедро поливали кровью каждый метр своего продвижения. Сотни немецких солдат и офицеров погибли в волнах Днепра.

Фашистское командование вынуждено было спешно вводить в бои все новые и новые резервы, нередко бросая их под пули и снаряды прямо с марша. Это, естественно, ослабило другие участки фронта. Огромный урон, понесенный немцами в районе Смоленска, не мог не сказаться на положении их фронта в целом. Оперативные резервы немцев были израсходованы в многодневных кровопролитных сражениях и фашистским войскам пришлось на большинстве участков перейти в обороне.

Колоссальные потери германской армии подтверждаются многими довументами, попавшими в наши руки. Вот рапорт командира третьего батальона 53-го мотопехотного германского полка. В этом рапорте командир батальона молит о помощи: «Дело дошло до того, что лейтенант Оллзнер Воллер вынужден был назначить на пост командира взвода унтер-офицера (А это у немцев никогда не допускалось. – А. Е.). Батальон за последние дни потерял: офицеров 5, унтер-офицеров 15, рядовых 106. Боеспособность батальона ухудшается. Необходимо пополнение в рядовом и офицерском составе. Мастерские не имеют запасных частей. Много автомашин вышло из строя подбитыми и из-за отсутствия запасных частей. Требуется замена цилиндров. Испытывается острая нужда в горючем. Одежда значительно изношена».

Не дождавшись, как видно, ответа на этот рапорт, командир батальона через несколько дней посылает еще более тревожное донесение:

«За последние четыре дня положение стало очень напряженным. Необходимо пополнение. Сообщаю о потерях за эти дни: убитых офицеров 3, раненых 1, убитых унтер-офицеров 3, тяжело раненых 2, один пропал без вести. Рядовой состав: убитых 33, раненых 56, тяжело раненых 19, больных 18, пропавших без вести 11 . Сообщаю о подкреплении: офицеров – 0, унтер-офицеров – 0, рядового состава – 0. Вследствие больших потерь за последние дни батальон не в состоянии регулярно действовать. Боеспособность – трагическая. С личным руководством со стороны офицерского состава дело обстоит очень опасно. Эта напряженная обстановка привела к тому, что батальон можно заставить итти в наступление только принудительно, силой оружия».

Документ красноречиво говорит об истинном положении дел в немецкой армии. Он показывает воочию, как выглядят фашистские войска после многочисленных контрударов наших частей за время 30дневных боев на Смоленском и Невельском направлениях. Сотни тысяч убитых и раненых, сотни сожженных и разбитых боевых машин, весьма ощутительный урон в артиллерии, в стрелковом оружии и особенно в минометах, которые выводились из строя целыми батареями, – таковы безотрадные для фашистов итоги этих боев. Они-то и заставили немецкое командование изменить свои планы.

Тогда началась лихорадочная переброска войск, подтягивание резервов, безусловно более низкого качества, чем раньше. Некоторые немецкие дивизии буквально стали метаться из стороны в сторону. В частности 13-я и 14-я мотопехотные дивизии двигались сначала на восток, потом, изменив маршрут, повернули на северо-восток, но уже в пути их нагнал приказ итти на север. Офицеры и штабы охвачены нервозностью. Иначе выглядят сейчас и приказы германского командования: из них исчезли слова «внезапность», «молниеносность». В последних приказах все чаще говорится о потерях, о бережном отношении к материальной части, об экономии горючего и боеприпасов. Командиров предупреждают, чтобы они не рассчитывали на прибытие новых танков и автомашин, на пополнение живой силой.

«Русские контратакуют и обороняются упорно и храбро и часто гибнут на том месте, куда они были поставлены приказом своего командира. Если уничтожают всю первую волну, продолжают двигаться вторые и третьи волны русских», – так пишет о наших бойцах враг. В боях под Смоленском и на других участках немцы крепко почувствовали силу советских богатырей. Эта сила, упорство, самоотверженная преданность родине и великому Сталину творят чудеса.

С каждым днем множатся примеры невиданного героизма наших бойцов, командиров, комиссаров, политработников. Коварству врага они противопоставляют свою военную хитрость, натиску его полчищ – железную волю к победе. Я не раз наблюдал, как наши герои-воины кидаются в рукопашную схватку с врагам. Ни огонь немецкой артиллерии, ни танки, ни пулеметы, – ничто не может остановить их порыв. Любовь к родине и ненависть к врагу ведут их на подвиги. Раненые не уходят с поля боя и, цепко держа в своих руках оружие, до последней капли крови бьются с фашистами.

Указ Президиума Верховного Совета Союза ССР о введении института комиссаров еще больше укрепил мощь Красной армии, ее боевой дух и единство. Дополнительная посылка на фронт коммунистов придала нашим частям еще большую стойкость и упорство в сражениях с фашистскими извергами.

Сотни участников боев на Смоленском и Невельском направлениях получили высокую награду правительства за мужество и воинскую доблесть. Звание Героя Советского Союза присвоено семи человекам, награждены орденами и медалями 928 человек. Среди наших командиров мне довелось встретить сыновей славных героев гражданской войны. Они не уступают отцам в героизме. На одной батарее, громившей немцев прямой наводкой, я встретил капитана – сына легендарного Чапаева. Он дерется самоотверженно и честно. На этом же участке фронта я видел сына Пархоменко – старшего лейтенанта, который храбростью напомнил мне своего отца. Изумительный пример подлинного героизма и преданности родине показал в боях под Витебском командир батареи Яков Джугашвили. В ожесточенном бою он до последнего снаряда не оставлял своего боевого поста, уничтожая врага. Доблесть героев гражданской войны, беззаветно сражавшихся за Советскую власть, живет в их детях, как и во всем советском народе, который поднялся на великую отечественную войну.

В захваченных нами немецких приказах и донесениях часто попадаются жалобы на ущерб, причиненный красными партизанами. Фашисты всюду сталкиваются с народной ненавистью. Партизаны поджигают дома, где укрывается враг, взрывают склады и мосты, нападают на вражеские обозы и войска. Их боевые отряды действуют рука об руку с Красной армией. Немцы боятся останавливаться в лесах, в стороне от дорог, тревожно проводят дни и ночи в захваченных деревнях и городах. На каждом шагу их ожидает опасность, везде их может настигнуть выстрел партизана – бойца за честь и свободу родины.

Сила нашего сопротивления крепнет с каждым днем. Враг уже начинает метаться, он ослаблен, но еще не разбит. Он упорствует, напрягает все свои силы, снова подбрасывает резервы, способен пойти на любые каверзы. Упорные бои не прекращаются, хотя характер их изменился. Попрежнему идет яростная борьба за каждую пядь советской земли. Наша Красная армия и весь народ готовы к новым, еще более напряженным схваткам с фашизмом. И как бы ни были жестоки эти бои, какие бы коварные приемы ни применял враг, – мы твердо знаем, что победа будет за нами.

Действующая армия. (По телеграфу)
// Красная звезда № от 15 августа 1941 г.
^